8 (727) 291 22 22

info@exclusive.kz

Подписаться
Smart горизонт

Террористы могут воспользоваться транзитным периодом

Потенциал экстремистско-криминальных группировок может быть сознательно использован конкурирующими клановыми группами в ситуации политического транзита.

 

 

11 декабря в московском Центре изучения перспектив интеграции (ЦИПИ) представят доклад «Угроза религиозного экстремизма на постсоветском пространстве». Его авторы проанализировали проблему исламского экстремизма на постсоветском пространстве и предоставили доклад в распоряжение Exclusive.kz до его официальной презентации.  

Директор и главный научный сотрудник Аналитического центра ИМИ МГИМО Андрей Казанцев и старший научный сотрудник Аналитического центра ИМИ МГИМО Леонид Гусев считают, что Казахстан вплоть до относительно недавнего времени был наиболее благополучной страной региона с точки зрения проблемы распространения религиозного радикализма. Это объяснялось следующими причинами: стабильным состоянием экономики (более половины ВВП стран Центральной Азии производится в Казахстане), достаточно высокой степенью модернизации общества в советский период, наличием большой прослойки русскоязычного населения, а также историческими традициями распространения ислама среди казахов.

 

 

В Казахстане, как в свое время отмечал Оралбай Абдыкаримов, бывший председатель Сената, отношения государства и религии имеют свои особенности, связанные как с историческим прошлым страны, так и с проводимой в условиях суверенного развития внутренней политикой. Особо он выделял традицию мирного сосуществования религий в казахстанских степях.

 

 

Кочевая культура оказала свое воздействие на ислам, выразившееся, в частности, в том, что в Казахстане, в отличие от соседних оседлых стран, долгое время не функционировали классические религиозные институты

Получение Казахстаном независимости сопровождалось религиозным ренессансом. Согласно данным Агентства по делам религии, число религиозных объединений на 2013 год составляло свыше 4550 (против 670 в 1990 году). В это число входили исламские, православные, католические. В Казахстане, в отличие от соседних оседлых стран, долгое время не функционировали классические религиозные институты. В настоящее время ислам в Казахстане переживает возрождение, усилился его социально-политический престиж и авторитет. Но появились и негативные моменты: возникло множество малочисленных религиозных групп, не всегда считающихся с законом. Общая численность таких групп в годы независимости в стране, по словам председателя Агентства РК по делам религий, достигла 579112.

В контексте террористической деятельности уместно обратиться к типологии роста, выдвинутой Ерланом Кариным, бывшим директором КИСИ при президенте Казахстана. Он отмечал, что в конце 1990-х — начале 2000-х гг. проблема терроризма сводилась к тому, что на территории республики скрывались «чужие» террористы. К их числу можно отнести, например, выходцев с Северного Кавказа (Казахстан был местом ссылки чеченцев и других народов), узбеков из Узбекистана или уйгуров из Китая.

 

 

В начале — середине 2000-х годах начался новый этап — вербовочный.

Участились случаи участия граждан Казахстана в террористической деятельности, как на территории постсоветских стран, так и в странах дальнего зарубежья

Уже в декабре 2003 года распоряжением президента Казахстана создан Антитеррористический центр (АТЦ) для более эффективной работы силовых структур в борьбе с проявлениями терроризма и религиозного экстремизма. На АТЦ возложена координация деятельности всех специальных, правоохранительных и иных ведомств по борьбе с терроризмом.

Казахстанскими спецслужбами была осуществлена ликвидация террористической группы «Жамаат моджахедов Центральной Азии», на счету которой целая серия террористических актов, организованных весной-летом 2004 года в Узбекистане. В данную группу входили граждане Казахстана, которые действовали преимущественно против властей Узбекистана, которые, по их мнению, ущемляют права мусульман.

 

Жамаат моджахедов Центральной Азии

Наконец, в 2005‑2011 гг. феномен терроризма в Казахстане «локализовался»

В это время начало расти число казахстанцев, привлекаемых к уголовной ответственности за совершение преступлений, связанных с экстремизмом и террористической деятельностью уже непосредственно на территории Казахстана.

В 2006 году органы КНБ страны осуществили операцию по пресечению деятельности сети ячеек Хизбут‑Тахрир в различных регионах республики. В ходе обысков, в частности, были изъяты свыше 25000 листовок, около 700 экземпляров религиозно-экстремистской литературы, а также компьютеры и современное типографское оборудование.

В декабре 2006 года в городе Степногорск Акмолинской области органы КНБ ликвидировали группировку «Степногорский джамаат», состоящую из десяти человек. В 2008‑2009 году в стране были предотвращены семь терактов. 2011‑2012 годы стали периодом, когда появилась принципиально новая тенденция. Террористы, активно действуя за рубежом, стали целенаправленно нападать и на местных силовиков, особенно представителей спецслужб, то есть они бросили вызов структурам государственной власти. Приведем лишь несколько примеров терактов этого периода. 19 января 2011 года МИД Казахстана подтвердил задержание одного гражданина Казахстана по подозрению в организации терактов в Бишкеке.

В феврале 2011 года в Махачкале были задержаны двое граждан Казахстана, подозреваемых в участии в незаконных вооруженных формированиях, Альберт Абдикаримов 1989 года рождения и Раинбек Ержанов 1990 года рождения. 17 мая 2011 года в Актобе террорист Рахимжан Макатов проник в здание актюбинского департамента Комитета национальной безопасности (КНБ), где совершил самоподрыв. Сам он погиб на месте, три человека пострадали. Р. Макатов был членом радикальной ваххабитской группы, в тюрьму попали 12 человек — его сообщников.

29 августа 2011 года в Атырау были арестованы около 20 ваххабитов, которые готовили теракты в области. В течение нескольких лет они отправляли денежные средства в Пакистан и Афганистан для поддержки единомышленников. При задержании был убит один из подозреваемых — Сергей Ли, оказавший вооруженное сопротивление бойцам спецназа.

Затем были арестованы еще два члена общины, причем один из них несовершеннолетний, 1993 года рождения. При задержании у молодых людей были найдены фрагменты самодельных взрывных устройств. Еще двое — Абзал Кадирбеков (1981 года рождения) и Арман Нургалиев (1983 года рождения) были объявлены в розыск. 31 октября 2011 года в Атырау произошел двойной теракт. Первый взрыв прогремел возле прокуратуры, ДКНБ и областного акимата. Второй — во дворе жилого дома. Террорист — 23-летний Бауржан Султангалиев — погиб на месте. Ответственность за взрывы взяла на себя террористическая группировка «Солдаты халифата». 8 ноября 2011 года в Алматы были расстреляны двое полицейских. Участились случаи участия граждан Казахстана в террористической деятельности, как на территории постсоветских стран, так и в странах дальнего зарубежья. 12 ноября 2011 года в Таразе террорист Максат Кариев стрелял по полицейским и зданию ДКНБ. Были задержаны шесть сообщников смертника. Банду возглавлял «духовный наставник», который внушал ее членам идею создания «Исламского государства». 11 июля 2012 года в Алматинской области при изготовлении бомбы произошел взрыв здания, где находились религиозные экстремисты. На месте происшествия обнаружили огнестрельное оружие, боеприпасы, полицейское обмундирование и религиозную литературу.

13‑14 августа 2012 года в Иле-Алатауском национальном парке Алматинской области произошло убийство 12 человек. Через неделю после трагедии спецслужбы уничтожили на окраине Алматы криминально-экстремистскую группировку, причастную к резне. 15 сентября 2012 года несколько неизвестных прямо в центре Атырау обстреляли полицейского, а потом закидали городской отдел  полиции бутылками с зажигательной смесью.

В 2012 году казахстанские эксперты Марат Шибутов и Вячеслав Абрамов представили доклад «Терроризм в Казахстане — 2011‑2012 годы», где утверждали, что в стране закончился «инкубационный период» внутреннего терроризма и в скором времени стоит ожидать новой, более сильной волны террора.

 

 

Новая волна началась в 2016 году

Ее наиболее вопиющим проявлением стал теракт в Актобе 5 июня 2016 года. В его ходе нападениям подверглись два оружейных магазина (с целью захвата оружия) и войсковая часть 6655 Национальной гвардии. Для нападения террористы использовали захваченный ими пассажирский автобус, из которого они высадили пассажиров и кондуктора. Всего погибли 25 человек (4 гражданских, 3 военных, 18 террористов). Теракт был совершен группой исламских экстремистов, которые одновременно занимались криминальной деятельностью.

18 июля 2016 года произошел теракт в Алматы. В его ходе были перестрелки между овладевшими оружием террористами и полицией. Власти ужесточают борьбу с террористами. В 2016‑2017 году в стране произошли многочисленные аресты экстремистов, в том числе связанных с криминальными кругами и схемами (в частности, с кражей нефти в Западном Казахстане).

 

 

Пока характерной чертой совершаемых исламистами терактов в Казахстане является их ненаправленность против гражданского населения

С точки зрения распространения радикального ислама вызывает опасения ситуация в  двух регионах. В Южном Казахстане, относившемся к  «оседлой зоне» Центральной Азии, традиционно было сильно влияние исламских институтов на жизнь общества. При этом процессы возрождения ислама в этом регионе стали сопровождаться и появлением нетрадиционных его форм, в частности, салафизма. Еще более сложная ситуация в последние годы складывается в Западном Казахстане. Интенсивное промышленное освоение нефтегазовых запасов региона привело к тому, что он стал местом концентрации социально маргинализированных групп, особенно мигрантов (прежде всего оралманов — этнических казахов, возвращающихся в Казахстан). В этой среде стали комфортно себя чувствовать радикальные исламистские группировки. В Казахстане стали появляться отдельные экстремистские группы, деятельность которых наносит ущерб национальной безопасности. В их числе Хизбут-Тахрир, различные организации «ваххабитского» толка, политико-исламские организации типа Изги амал, Казахстан мусылман одагы и другие. Эти процессы обусловили серьезные изменения в области государственно-религиозных отношений.

В частности, новый закон Казахстана «О религиозной деятельности и религиозных объединениях» сформулировал принципы более жесткой государственной политики страны в сфере религиозных отношений, подразумевающей борьбу с радикальным исламизмом. На его основе в последнее время в Казахстане осуществляется регистрация и перерегистрация религиозных объединений.

Серьезную озабоченность казахстанских спецслужб вызывает возвращение в страну боевиков, воюющих на стороне ИГ в Сирии и Ираке. Например, по данным за 2015 год базирующейся в США «Суфан групп», число боевиков, выехавших из Казахстана в Сирию и Ирак, составляет 300 человек

При этом существенно важно, что среди боевиков на Ближнем Востоке много казахских женщин и детей, которые могут быть использованы экстремистами. В казахской прессе активно обсуждалось выложенное на YouTube в октябре 2013 года видео, где демонстрировались около 150 человек, находящихся в Сирии (это число включало в себя женщин и детей).

В частности, теракты с использованием детей (например, маленьких девочек) уже происходят в Сирии. Казахстан уникален, поскольку в нем социально-экономические мотивы при вербовке в боевики несколько меньше, чем в других странах Центральной Азии.

В Казахстане стали появляться отдельные экстремистские группы, деятельность которых наносит ущерб национальной безопасности. Это связано с относительно благополучным социально-экономическим положением страны по сравнению с соседями. Среди уехавших из Казахстана воевать за ИГ и другие группировки достаточно много людей состоятельных, зачастую даже продававших свой бизнес для вложения денег в джихад.

Однако немаловажная причина роста террористической и экстремистской угроз в стране начиная с 2015‑2016 года заключается в социально-экономическом кризисе, связанным, прежде всего, со значительным снижением нефтяных доходов

Он, в частности, привел к падению курса национальной валюты, росту цен, урезанию социальных расходов государства. Среди экспертов, кроме того, высказываются опасения относительно возможного роста влияния религиозного экстремизма в случае, если в будущем транзит власти от первого президента Казахстана будет сопровождаться серьезными межклановыми конфликтами.

Необходимо отметить появление тенденции к криминализации деятельности радикальных исламистов или, наоборот, исламской радикализации обычных бандитов

Особенно явно она заметна на примере Западного Казахстана. Очагом распространения исламского экстремизма (как и в Кыргызстане, и в ряде регионов России) стали места лишения свободы. В Казахстане, по ряду оценок казахстанских экспертов, сейчас существенная часть мест лишения свободы становится «зелеными зонами», то есть территориями, неформально контролируемыми исламскими экстремистами (в противоположность «черным», контролируемым традиционными уголовниками, и «красным», контролируемым администрациями). Попытки отделить уголовников - экстремистов от неэкстремистов в тюрьмах пока не очень эффективны. В результате в стране складывается тенденция к замещению традиционной преступности криминально-экстре мистскими группами с исламистской идеологией. Традиционная криминальная идеология оказывается неконкурентоспособной по сравнению с радикальным исламизмом. Именно эти группы бандитов–исламистов становятся той благоприятной социальной средой. Необходимо отметить появление тенденции к криминализации деятельности радикальных исламистов или, наоборот, исламской радикализации обычных бандитов. Причем освоение экстремистско-террористическими сетями криминальной среды — долгосрочная тенденция, которой властям пока нечего противопоставить. Она будет со временем приводить только к росту террористической активности в Казахстане, а также к аналогичным процессам, фиксирующимся экспертами в Кыргызстане и на Северном Кавказе. При этом следует отметить, что изначально в Казахстане носителями экстремистской идеологии были выходцы с Северного Кавказа. Казахстанские источники отмечают наличие связей местных террористов с единомышленниками на Ближнем Востоке (в том числе через российский Северный Кавказ).

В этой связи ряд экспертов высказывают опасения, что потенциал экстремистско-криминальных группировок может быть сознательно использован конкурирующими клановыми группами в ситуации политического транзита. Как показывает опыт целого ряда стран и регионов мира, действия террористов имеют определенную последовательность. Сначала они всегда начинают насилие против государственных и силовых структур, при этом избегая жертв среди мирного населения. Такое поведение отмечено во время теракта в Актобе: террористы высадили водителя и пассажиров захваченного автобуса. Однако по мере роста террористической активности действия террористов по отношению к мирному населению становятся более жестокими. Теракты приобретают устрашающий и иррациональный характер, так как их жертвами все чаще становятся случайные люди. Вопрос о том, когда террористическая активность в Казахстане перейдет к этому зловещему этапу, пока остается открытым.

Комментарии (0)

    Персона
    3_ru_пн_shevron

    Проект «ТОПЖАРГАН»

    Репутация всегда будет являться базовым капиталом как для менеджера, так и компании. Поэтому портал «Exclusive» вновь формирует список компаний-номинантов для участников уникального репутационного проекта «ТОПЖАРГАН».

    Во время первой фазы исследования (февраль – март 2016 г.) путем экспертных опросов будет сформирован шорт-лист по итогам голосования. Во время второй фазы исследования (март 2016 г.) авторитетное жюри, состоящее из ведущих журналистов и блогеров страны ... определит наиболее уважаемые компании в своих отраслях в 2016 году.