Что делать справедливости, когда депутат и прокурор родные братья - Exclusive
Поддержать

Что делать справедливости, когда депутат и прокурор родные братья

На первый взгляд, эта история похожа на очередной хозяйственный спор между двумя субъектами. Однако, если приглядеться, то становится ясно, что это типичный случай, когда закон бессилен перед прокурором, а решения Акорды просто игнорируются.

Итак, лет десять назад две семьи решили вести совместный бизнес, а точнее – большое крестьянское хозяйство по выращиванию зерновых. Был заключен соответствующий равноправный (50х50) договор между двумя женщинами, представителями этих семей – Дана С. и Разия Т., причем, со стороны Даны С. вкладывались немалые инвестиции, а вторая сторона обязалась работать на земле, увеличивать производство и заботиться о крестьянах. Интересы их сошлись в одном ТОО, исполнительным директором которого стал родной брат Разии Т. по имени Алтынбек, который позже стал депутатом районного маслихата Акмолинской области.

Шли годы. По заверениям представителя Даны С.., обратившегося к нам за информационной помощью, она не получали ни одного тенге дивидендов – ее сторона просто была уверена, что вся прибыль уходит на развитие производства. Но в последнее время до инвестора стали доходить слухи, что его партнер в лице Алтынбека Т. живет на широкую ногу – покупает недвижимость за рубежом, люксовые внедорожники и т.д. Но когда возник закономерный вопрос: «откуда деньги», их убеждали в том, что никаких доходов у хозяйства нет. Однако, выборочная проверка счетов крестьянского хозяйства показала, что только за один год оттуда было выведено более 300 миллионов тенге. Одновременно у Алтынбека Т. появились не только несколько дорогих джипов (судя по документам, было куплено сразу два «Геленвагена»), но и недвижимость, и даже выдача неких займов третьим лицам. Заемщиками оказывались близкие исполнительного директора, в том числе, его отец Алибек Абдуллаевич Т.

Логично, что в таких обстоятельствах у стороны С. появились смутные сомнения и есть все признаки уголовного правонарушения, а именно статьи «присвоение и растрата вверенного имущества». В самом начале сентября 2021 года соответствующее заявление Даны С. было зарегистрировано в ДП Акмолинской области и начато досудебное расследование. И тут начинается, на наш взгляд, самое интересное.

Не увидеть нарушений?

Судя по полученным нами документам, только сама хронология событий, происходивших за пошедшие месяцы в недрах прокуратуры, а также правоохранительных и судебных органов, занимает несколько страниц текста. Знакомство с ними очень настойчиво напоминает слова президента Токаева, сказанные в мае на встрече с отечественными бизнесменами, когда он особо акцентировал внимание на коррупцию и беспредел в регионах. Кроме прочего, Касым-Жомарт Кемелевич сказал: «Не секрет, что региональные власти, руководители территориальных правоохранительных подразделений срослись с бизнесменами, и под видом поддержки бизнеса способствовали их не всегда легальной деятельности».

Чтобы не утомлять читателя деталями и скучным юридическим языком, обратим внимание лишь на несколько, на наш взгляд, важных факторов этого противостояния. Прежде всего, сторона истца в большей степени боролась с органами, всеми силами, тормозившими дело, а не со своим партнером, пытаясь добиться справедливости. Итак, спустя буквально пару-тройку дней (включая выходные) после открытия досудебного производства, это дело было истребовано прокуратурой Акмолинской области и немедленно прекращено.

Это тот редкий случай, когда надзорный орган проявил сенсационную оперативность, который, скорее, говорит о заинтересованности. Иначе, чем можно объяснить то, что было прекращено еще не начатое дело, а само постановление не мотивированно – то есть, нормальных обоснований не было? Подчеркиваем, ни одного процессуального действия сделано не было – следователи просто не успели даже разобраться с делом, как его забрали прокуроры. И не отдали обратно. Поэтому следственное управление областного ДП не могло удовлетворить ни одного ходатайства стороны Даны С., в том числе о наложении ареста на имущество до окончания следственных действий.

Далее последовали многочисленные жалобы со стороны адвокатов и отписки на них от прокурорствующих элементов, в том числе и самого прокурора Акмолинской области Майлыбаева. И только после того, как была подана жалоба на действия прокурора, нынешней зимой дело дошло до суда, который удовлетворяет эту жалобу. Но… тут же появляется встречная жалоба представителя Алтынбека Т., которую уже облсуд, вторая инстанция, принимает во внимание и отменяет решение первой, не мотивируя свой вердикт и не предоставляя что-то в противовес аргументам следственного суда.

Далее пошли обращения в более высокие органы, в том числе, в Администрацию президента и Совет безопасности РК. Тогдашний руководитель АП Кошанов поручил соответствующим органам провести тщательную проверку. И тут выяснилось, что «большие люди» в Астане тоже следят за этим «типичным» делом. Почему? Возможно, потому что оно может стать показательным для всех других, когда на местах (в данном случае, буквально в 70 км от Акорды) игнорируются поручения высшего руководства страны. А возможно, этот случай может оказаться весьма резонансным и вытащит на свет божий покровителей пусть немаленького, но все же рядового крестьянского хозяйства и откроет новую сторону «обычного» хозяйственного спора.

Прокурорский рай

Действительно, у простого (да и непростого) обывателя может возникнуть закономерный вопрос – кто настолько влиятелен, чтобы разрушить, казалось бы, веские доказательства и свести на нет очевидные вещи? Чего боятся те, кто не допускает даже обычного судебного разбирательства. Тут можно строить разные догадки, но есть кое-какие косвенные обстоятельства. Оказывается, родной брат Алтынбека, Ерденбек Т. возглавляет прокуратуру соседнего района той же Акмолинской области. В связи с этим отправлялся соответствующий запрос: имеется ли связь между странными действиями областной прокуратуры с должностью родного брата предполагаемого фигуранта дела «по растрате вверенного имущества». Ответа, как и ожидалось, не последовало.

Кстати, если вспомнить о большой семье Т., то их отец, Алибек Абдуллаевич, где-то с дюжину лет назад тоже оказался в поле зрения правоохранительных органов, а именно – КНБ РК. Тогда Т.-старший занимал пост замакима района (того самого, где сейчас расположено упомянутое крестьянское хозяйство) и, по совместительству, председателя земкома. В общем, в отношении него было возбуждено уголовное дело, поговаривали, что он выделял угодья сыну и невестке, но потом вдруг это дело было прекращено, хотя имело общественный резонанс. Какое это имеет отношение к нынешним событиям? Дело в том, что, по законодательству, близкие родственники тех, кто обвиняется в коррупционном правонарушении, должны быть временно отстранены от служебных обязанностей. Возникает вопрос – отстранялся ли от работы тогда еще молодой работник прокуратуры Ерденбек Т.?

Официально

Для того, чтобы составить собственное мнение о ситуации, некоторое время назад мы от имени редакции направили официальные запросы в соответствующие инстанции. В частности, мы попросили Акмолинский областной суд попросили пояснить, почему доводы стороны г-жи Сыздыковой, а также следственного суда в лице г-на Жакупова о незаконных действиях г-на Ермуханбетулы были признаны несостоятельным? Ведь сторонами, как мы поняли, в судах обоих инстанций были предоставлены одинаковые доводы?

Ответ был сравнительно короток и сводился к тому, что заседания проводились в закрытом режиме и поэтому «ограничение гласности судебного разбирательства не позволяет в данной ситуации дать подобные разъяснения». При этом, и.о. председателя Акмолинского облсуда Габдулин ссылается на часть 1 статьи 29 и часть 6 статьи 106 УПК РК. Интересно, что там такого, что могло заставить суд не давать логичные пояснения? Как и предполагалось – ничего. 29-ая статья ограничивает гласность только по делам госсекретов, несовершеннолетних, по половым преступлениям или, когда что-то угрожает участнику процесса. К какой категории относится дело о признании (не)законным постановления прокуратуры – мы даже боимся себе представить.

Что касается 106-ой статьи, то там расписываются действия санкционного судьи, и к нашим вопросам они не имеют никакого отношения. Кстати, мы еще интересовались, может ли выводы независимого аудита (о нем ниже) стать основанием для пересмотра дела, а также попросили дать совет С. – что ей предпринять для восстановления нарушенных законных прав с учетом поручений президента Токаева. Эти вопросы были проигнорированы.

Более полный, хотя и предсказуемый, ответ поступил из прокуратуры Акмолинской области, хотя мы отправляли запрос в Генпрокуратуру, которая, по традиции, отписала его тем, чьи действия, собственно, и стали темой публикации. При этом, следует отметить, что автор ответа (зампрокурора Ермуханбетулы, законность действий которого, кстати, тоже ставилась под сомнения в нашем редакционном запросе) показал, что хорошо знает это дело.

Он отметил, что документ в виде выборочного отчета о хозяйственной деятельности ТОО не может быть достаточным для начала досудебного расследования. И это очень странно, ведь другого у стороны заявителя не было, а расследование как раз могло показать наличие состава преступления. Также г-н Ермуханбетулы сообщает, что ранее соучредителем крестьянского хозяйства была мать Разии Т., которая переуступила долю дочери. Но это частности, которые нас не касаются. Зампрокурора же, описывая внутреннюю кухню ТОО, свел эти доводы к тому, что споры между соучредителями Даной С. и Разией Т. должны решаться в гражданском порядке.

Более-менее был оформлен ответ относительно их коллеги Ерденбека Т. Так, отмечено, что фактов совершения им дисциплинарного поступка не было, а потому никакого служебного расследования, согласно законодательству, быть не могло. Кроме этого, подчеркивается, что «надзор по настоящему уголовному делу осуществляла прокуратура Аршалинского района», а г-н Ерденбек Т. является другого и «не мог повлиять на ход и результаты расследования». При этом, прокурор Ермуханбетулы также проигнорировал нашу просьбу дать совет Дане С. относительно того, как и что делать в сложившейся ситуации. Да и ответы на другие вопросы показались нам «неполными».

Продолжение следует…

А вот в ответе облпрокуратуры мы получили подтверждение, что Дана С. вправе привлечь аудиторскую проверку, и г-н Ермунабетулы, как нам показалось, уже в курсе того, что такая проверка уже ведется.

Более того, как нам стало известно, независимый аудит уже прошел и его официально оформленные выводы уже будут готовы буквально на днях. И там речь идет уже о куда больших суммах, чем 300 миллионов тенге – по крайней мере, на порядок больше. По предварительным данным, возникает подозрение, что на собственные нужды было выведено около миллиарда тенге – на покупку авто, перевод на другие компании и так далее, а также еще порядка двух миллионов долларов (870 млн тенге) снято наличными. Думается, что надлежащим образом оформленный документ уже не вызовет вопросов у надзорных органов, а если вызовет, то, пожалуй, этим делом должны заинтересоваться те, кто имеет полномочия надзирать за законной деятельностью самой прокуратуры и ее работников.

Судя по этому, теперь есть официально оформленные цифры и дело уже не получится закрыть постановлениями облпрокуратуры, изъятием дел или банальным запугиванием (да, и такое было в этом деле – причем, записанное на телефон). Так что, как говорится, продолжение следует…

Максат Нурпеисов




Комментариев пока нет

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.