- Exclusive
Поддержать

Вывод акций НК «Казмунайгаз» на биржу – приватизация через IPO – не имеет никакого смысла. Это еще одна форма имитации реформ. То же самое можно сказать о приватизации госдоли в нефтяных мегапроектах Казахстана: Тенгиз, Кашаган, и другие. Сначала надо решить фатальные проблемы НК КМГ, а уж потом имеет смысл приватизировать нефтяного монстра по частям.

Дефицит идей или нежелание осуществлять реформы?

Глава государства Касым-Жомарт Токаев на встрече с представителями бизнеса 19 мая раскритиковал как чиновников за дефицит идей о «Новой экономической политике», так и независимых экономистов, проявляющих повышенную активность в блогосфере. Но, откровенно говоря, трудно согласится с такой критикой. В Казахстане нет проблемы дефицита хороших идей по экономическим и структурным реформам. Их опубликовано множество, включая полноценные рекомендации для Казахстана от ОЭСР, Всемирного банка, МВФ и так далее. На сегодня главная проблема заключается в том, что текущая власть состоит из тех же самых лиц, которые формировали и исполняли «старую» экономическую политику, и им новые подходы в принципе не нужны и даже опасны.

Это связано с тем, что для начала кардинально новых экономических и структурных реформ в Казахстане чиновникам «из старой колоды» необходимо признать ошибочность их прошлых решений. Причем, это относится не только к периоду первого президента, но и к последним шагам. Естественно, никто из них не хочет признать свои старые ошибки, которые привели страну к застою, и именно поэтому в Казахстане отторгаются кардинальные экономические реформы, даже если они рекомендуются авторитетными международными институтами.

Новые идеи по реформированию квазигосударственного сектора уже закончились?

В своем программном выступлении 11 января этого года глава государства дал поручение правительству совместно с Агентством по стратегическому планированию и реформам выработать предложения для кардинального реформирования квазигосударственного сектора в лице ФНБ «Самрук-Казына» (ФНБ СК). По мнению главы государства, необходимо снизить избыточное присутствие государства в экономике за счет активизации приватизации активов фонда «Самрук-Казына», без чего невозможно структурное преобразование экономики Казахстана.

4 мая председатель правления ФНБ «Самрук-Қазына» Алмасадам Саткалиев презентовал программу реформ фонда, которая повысит эффективность всего квазигосударственного сектора. В одном из пунктов реформ было сказано, что в 2022 году планируется вывести на IPO компании «КазМунайГаз» и «Эйр Астана», в 2023 году – KEGOC и QazaqGaz, в 2023-2024 годы – «Самрук-Энерго». Окончательное решение по срокам выхода на IPO компаний «КазМунайГаз» и «Эйр Астана» будет принято летом этого года. Как было отмечено во время презентации, данные компании имеют большой потенциал для публичного размещения, однако решение о приватизации будет приниматься исходя из геополитических факторов.

На следующий день, 5 мая Алмасадам Саткалиев доложил Президенту о ходе реализации второго этапа реформ АО «Самрук-Қазына», с которой, судя по всему, Токаев согласился. Однако это очень далеко от действительно кардинального реформирования квазигосударственного сектора. Приватизация нацкомпании «Казмунайгаз» (КМГ) через IPO является ярким примером имитации кардинальных структурных реформ в Казахстане. Давайте разберёмся почему.

КМГ нерентабелен без нефтяных мегапроектов

Ключевая проблема КМГ заключается в том, что подавляющая доля прибыли Казмунайгаза состоит из государственных инвестиций в нефтегазовые мегапроекты Казахстана и в другие проекты, которые контролируются частными инвесторами. Напомню, что государство владеет долей в Тенгизском проекте – 20%, в Карачаганакском проекте – 10%, в Кашаганском проекте – 16,88%, и в Каспийском Трубопроводном Консорциуме (КТК) – 20,75%.

Непонятно зачем, но все эти государственные инвестиции в нефтегазовые мегапроекты были включены в баланс НК Казмунайгаза, несмотря на то что за операционное управление и эффективность этих проектов отвечают авторитетные иностранные нефтяные компании и все решения по этим предприятиям со стороны Казахстана принимаются как минимум на уровне правительства, а в основном – президента.

В таблице указана чистая прибыль по аудированной финансовой отчетности КМГ, которая далее корректируется на прибыль, полученную от ассоциированных и совместных компаний (АиСК), куда входят инвестиции в Тенгиз, Кашаган, КТК и так далее. Помимо этого, в таблице указаны суммы дивидендов, полученные Казмунайгазом от этих государственных инвестиций, которые контролируются частными акционерами.

 В млрд тенге

2021

2020

Прибыль КМГ от продолжающей деятельности*

844,9

-89,4

Прибыль от частных нефтяных проектов КМГ (АиСК)

768,7

280,8

Прибыль от государственных компаний КМГ

76,1

-370,2

Доля прибыли частных проектов в общей прибыли

91,0%

NA

 

 

 

Дивиденды, полученные КМГ от частных проектов

415,4

134,8

Дивиденды, выплаченные из КМГ в ФНБ СК и НБРК

50,0

81,7

Доля див-ов от частных проектов, оставленных в КМГ

88,0%

39,4%

* Среднегодовая цена на нефть марки Brent: $71 в 2021 и $42 в 2020 году

Из-за непонятных особенностей бухгалтерского учета КМГ в прибыль от ассоциированных и совместных компаний КМГ (строка таблицы «Прибыль от частных нефтяных проектов») не входит нефтяной мегапроект – Карачаганак. Если в вышеуказанной таблице из строки «Прибыль государственных компаний КМГ» убрать прибыль от Карачаганака, то можно будет обнаружить, что в благоприятном 2021 году, когда средние цены на нефть была $71, государственные компании, входящие в КМГ, в целом отработали в убыток!

Таким образом, сравнительно неплохие результаты КМГ в 2021 году были целиком получены за счет государственных инвестиций в нефтегазовые проекты Казахстана, которые управляются известными международными инвесторами. А там, где нефтяным бизнесом управляет государство, по финансовой отчётности КМГ видны лишь сплошные убытки. При таком положении вещей становится непонятно – зачем правительство и ФНБ «Самрук-Казына» хотят включить в периметр приватизации высоко-прибыльные нефтяные проекты с частными инвестициями, где государство и так имеет сравнительно небольшие доли?!

По государственным инвестициям в нефтегазовые проекты Казахстана, которые управляются частными международными инвесторами, есть еще один большой вопрос. Как видно из вышеуказанной таблицы в 2021 году КМГ получил от ассоциированных и совместных компаний дивиденды в сумме 415 млрд тенге (примерно $1 млрд). Согласно финансовой отчётности КМГ, Тенгизский нефтегазовый мегапроект заплатил самую большую сумму дивидендов – 177 млрд тенге.

В 2021 году из 415 млрд полученных дивидендов КМГ оставил себе 365 млрд, а остальное отправил в ФНБ СК и НБРК (Нацбанку принадлежит 9,58% акций КМГ). Спрашивается, почему дивиденды от нефтяных мегапроектов не идут в Нацфонд, а бесконтрольно используются внутри Казмунайгаза, у которого практически все государственные нефтяные компании нерентабельны?! Из финансовой отчётности этого не видно, но есть большие опасения, что в 2021 году эти 365 млрд тенге (!) были потрачены в КМГ крайне неэффективно.

Зачем государство занимается бизнесом на конкурентных рынках?

Одна из основных целей приватизации госкомпаний заключается в том, что государство не должно заниматься бизнесом, особенно в том случае, когда есть конкурентный рынок и частные инвесторы, заинтересованные в таком бизнесе. К сожалению, КМГ и ФНБ СК постоянно нарушают эту цель, продолжая создавать и сохранять нерентабельные государственные компании в секторах экономики, где по умолчанию должен действовать только частный бизнес.

Например, нефтеперерабатывающие заводы – это тот самый бизнес, где государства в принципе не должно быть. В развитых странах переработка нефти и продажа нефтепродуктов – это высококонкурентный рынок, где работает только частный бизнес. Роль государства в этом секторе экономики заключается только в обеспечении добросовестной конкуренции и борьбе с монополиями.

Однако, если посмотреть годовой отчёт КМГ за 2021 год, то там говорится, что КМГ контролирует четыре крупнейших нефтеперерабатывающих завода (НПЗ) в Казахстане (Атырауский нефтеперерабатывающий завод, Павлодарский нефтехимический завод, Шымкентский нефтеперерабатывающий завод, Caspi Bitum) и два НПЗ в Румынии, которые прошли глубокую модернизацию. Далее в отчете отмечается, что доля рынка КМГ (доля рынка, контролируемого государством) на всех НПЗ Казахстана составляет 82%! То есть, фактически государство является монополистом на этом рынке (причем нерентабельным!) и никого из высших чиновников это особо не волнует. Особенно удивляет «отсутствие идей» у Агентства по защите и развитию конкуренции, которое должно устранять такие государственные монополии на конкурентных рынках.

Также можно отметить, что эти четыре НПЗ, принадлежащих КМГ, в 2021 году переработали 13,9 млн тон нефти. При этом в аудированной отчетности КМГ пишется, что по требованию правительства эта нацкомпания поставила на внутренний рынок 7,1 млн тон сырой нефти по ценам значительно ниже экспортных цен и даже ниже обычных цен на внутреннем рынке. Спрашивается, в чьих карманах осталась разница в цене на больше половины переработанной сырой нефти в Казахстане?! Как можно говорить о честной конкуренции в секторе экономики, где государство контролируют практически всю нефтепереработку и командно-административными методами управляет ценами на сырую нефть?!

Помимо этого, много вопросов по румынским нефтеперерабатывающим заводам и сети заправок. Спрашивается, зачем государству (в лице Казмунайгаза) заниматься бизнесом еще и в чужой стране? Вокруг этих инвестиций КМГ в Румынии много скандалов и их рентабельность вызывает большие сомнения. Одно время КМГ пытался продать эти активы китайской государственной нефтяной компании, но сделка так и не произошла. Даже если КМГ сможет найти покупателя на эти румынские инвестиции, есть большие сомнения, что нацкомпания сможет возместить свои первоначальные вложения, как и вложения, потраченные КМГ на модернизацию НПЗ.

Зачем государство (в лице КМГ) занимается газохимическим бизнесом?

Другой яркий пример того, что КМГ (по требованию правительства) влезает в сектор экономики, где государства в принципе не должно быть — это строительство интегрированного газохимического комплекса в Атырауской области. Стоимость проекта первой фазы строительства интегрированного газохимического комплекса (ТОО KPI – полипропилен) оценивается в $2,6 млрд.

В очень далеком 2005 году главой государства было принято решение о строительстве в Атырауской области первого в Казахстане интегрированного газо-нефтехимического комплекса на базе нефтяных попутных газов месторождений Тенгиза, Кашагана и Северного Каспия. Изначально в проекте участвовали частные инвесторы, которые по непонятным причинам менялись как перчатки. Некоторые инвесторы, заинтересованные в этом проекте, были известными международными производителями, а некоторые были довольно подозрительными.

Однако, в любом случае, и плохие и хорошие частные инвесторы сбежали из этого проекта и сейчас государство в лице КМГ самостоятельно заканчивает этот долгоиграющий «прорывной» проект. Как написано в годовом отчете КМГ за 2021 год, «КМГ будет активно вовлечен с учетом поддержки Правительства Республики Казахстан в процесс развития отечественной нефтегазо­химической отрасли, которая должна стать еще одним мощным стимулом роста национальной экономики.»

Спрашивается, если частные авторитетные международные инвесторы отказались от этого очень дорогостоящего «прорывного» проекта, то зачем государство взяло его на себя?! В апреле этого года Счетный комитет Казахстана завершил государственный аудит соответствия строительства интегрированного газохимического комплекса в Атырауской области и отметил – «установлено, что на момент заключения контракта строительства «под ключ» с генеральным подрядчиком China National Chemical Engineering Ltd. не в полной мере определены механизмы контроля за ходом строительства со стороны Казахстана». То есть, сейчас все идет к тому, что государство уже потратило громадные средства на новую нерентабельную и неконкурентоспособную государственную компанию.

Какие реформы нужны в НК «Казмунайгазе»

Вывод акций НК «Казмунайгаз» на биржу (приватизация через IPO) не имеет никакого смысла – это просто имитация реформ. Чтобы выполнить поручение президента о снижении избыточного присутствия государства в экономике за счет активизации приватизации активов фонда «Самрук-Казына», прежде всего требуется кардинальное реформирование КМГ.

Сначала необходимо вывести из группы КМГ совместные и ассоциированные компании, где государство не имеет контрольной доли владения. Прежде всего из периметра приватизации Казмунайгаза нужно вывести государственные доли нефтегазовых мегапроектах Казахстана (Тенгиз, Кашаган, Карачаганак, и КТК). Все такие государственные инвестиции нужно предать в Нацфонд (под управление Нацбанка) или в специальное агентство при правительстве, поскольку за эффективностью и конкурентоспособностью таких компаний следят сами частные акционеры, и дивиденды по таким государственным инвестициям в любом случае должны идти в Нацфонд.

Такая очень важная реформа позволит решить проблемы, когда высокая эффективность таких частных коммерческих проектов (Тенгиз, Кашаган, Карачаганак, и КТК) скрывает глубокую нерентабельность госкомпаний, входящих в группу КМГ. Помимо этого, в случае такой реорганизации, все дивиденды от совместных и ассоциированных компаний, а особенно от трех нефтяных мегапроектов будут поступать не в карман головного КМГ, а напрямую в Нацфонд. Уже из Нацфонда эти деньги могут быть переданы правительству в рамках ежегодного утверждения парламентом трансфертов из Нацфонда в госбюджет. Это позволит эффективно и прозрачно использовать дивиденды от таких государственных инвестиций.

Помимо этого, нужно будет запретить КМГ заниматься бизнесом на конкурентных рынках. Это означает, что в первую очередь нацкомпания должна продать частным инвесторам свои нефтеперерабатывающие активы как в Казахстане, так и в Румынии, и должно продать интегрированный газохимический комплекс (ТОО KPI). Одновременно, вся внутренняя торговля нефтью и нефтепродуктами в Казахстане должна полностью перейти на рыночные рельсы и цены. Все поступления от приватизации нефтепереработки и нефтегазохимии должны целиком передаваться в Нацфонд, чтобы у КМГ не было соблазна использовать эти деньги не по назначению. Необходимо будет запретить нацкомпании вкладывать деньги в новые компании и проекты, кроме тех, которые напрямую связаны с разведкой и добычей нефти.

После всех этих реорганизаций нужно будет поднять рентабельность и эффективность оставшихся государственных нефтяных компаний, входящих в группу КМГ, и только после это можно будет выводить акции НК «Казмунайгаз» на биржу (приватизация через IPO).




Комментариев пока нет

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.