Как казахстанцы спасались от войны на Ближнем Востоке – рассказ очевидца

Очередная война на Ближнем Востоке, начавшаяся 28 февраля этого года с внезапного нападения США и Израиля на Иран, застала сотни казахстанцев, находившихся в этом регионе, в сложном положении, ведь все регулярные авиарейсы были отменены. Среди тех, кто попал в ближневосточный капкан, оказался и алматинский журналист и музыкант Олег Белов (творческий псевдоним О’Лео), спецкорр газеты «Аргументы и факты Казахстан». Что делать, если вы окажетесь в аналогичной ситуации?

– Олег, как вы оказались в очаге нового военного конфликта?

– Это была служебная командировка по экологической тематике. В конце прошлого года мне предложили принять участие в международном семинаре по перелетным птицам в городе Эйлат. Этот небольшой город с населением 57 тысяч человек расположен в пустынном районе на самом юге Израиля, на берегу Красного моря. На окраине города расположен один из лучших в мире международных исследовательских центров по наблюдению за птицами. В редакции одобрили эту идею, и я отправил им свое резюме. Дело в том, что с 2013 г. я являюсь одним из организаторов крупнейшего в Казахстане фестиваля наблюдателей за птицами «Крылья Алаколя». Инициатором этого проекта является Наталья Боровая, главный редактор портала «Ветер странствий». Она уже принимала участие в наблюдении за птицами в Эйлате и порекомендовала мне отправить свою заявку на семинар Guardians of the Flyway («Хранители перелетных маршрутов»). Попасть на этот семинар не так просто. Отбор участников проходит на конкурсной основе. Туда приезжают в основном орнитологи и профессиональные наблюдатели за птицами из разных стран. Семинар проходит на английском языке. К счастью, для меня это не стало проблемой. У меня есть опыт работы в международных компаниях.

– Вы являетесь увлеченным бердвотчером?

– На фестивале «Крылья Алаколя» я больше занимаюсь творческой частью: провожу кинопоказы, восточные практики, мастер-классы по имитации голосов птиц, вырезанию фигур с изображениями пернатых («Бумагия»), а также снимаю клипы и фильмы. Подобным занятиям на семинаре в Эйлате также уделялось большое внимание. Но у меня также есть немалый опыт в наблюдении за пернатыми. Вместе с В. Дворецким я выпустил серию фильмов об этом фестивале. Я посещал центры наблюдения за птицами в США и на Балтийском море. Среди главных моих трофеев несколько снимков символа Алаколя — реликтовой чайки, увидеть которую большая редкость. В резюме я также упомянул, что активно развиваю соцсети и у меня уже около 20 тыс. подписчиков. В итоге мою заявку утвердили.

– Насколько сложно было получить израильскую визу?

– Она из числа самых сложных. Нужно собрать массу документов, заполнить большую анкету. К счастью, нет собеседования, как в случае с американской визой. Однако неудобство в том, что в Алматы нет консульства Израиля, а посольство находится в Астане. Приходится заказывать пересылку документов, что обходится недешево. В начале февраля мой паспорт с визой успешно вернулся из Астаны. В это время было заметно, что над Ближним Востоком сгущаются тучи, но я не стал отказываться от поездки. Надеялся, что подтянутые авианосцы США – это инструмент давления на переговорах с Ираном. К тому же Эйлат находится на южной окраине страны и выглядит безопасным.

Затишье перед бурей

— Вы сказали, что этот город в пустынной зоне. Почему именно там расположен крупный центр наблюдения за птицами?

– Это район, где Евразия соединяется с Африкой, один из самых активных в мире коридоров миграции перелетных птиц. Конечно, пернатые также используют маршруты через Гибралтар и Аппенинский полуостров, но большая часть предпочитает этот путь через Ближний Восток и дальше в бескрайние просторы центральной части Евразии. В частности, по этому маршруту в Казахстан весной из Африки возвращаются степные орлы, пеликаны, фламинго. Синайский полуостров – это своеобразное бутылочное горло, через которое проходит огромное количество птиц. Весной они истощены перелетом через пустыню Сахара. Международный исследовательский центр наблюдения за птицами в Эйлате – это большой парк с системой искусственных озер и павильонами для бердвотчинга. Он одновременно работает как научный центр, где международная команда проводит исследования, семинары, собирает статистику, проводит кольцевание, и в то же время он является круглогодичным парком отдыха с образовательной миссией.

Благодаря центру в этой части страны отказались от строительства ветрогенераторов, представляющих большую опасность для пернатых. К сожалению, в Казахстане, где можно встретить более 500 видов птиц, до сих пор нет ни одного подобного центра наблюдения, зато повсеместно устанавливают ветрогенераторы, особенно опасные для хищных птиц. Не лучше ситуация и с изоляторами на линиях электропередач и подстанциях, отчего также гибнут птицы, в том числе и беркуты – символ страны.

– Во время вашего пребывания в Эйлате вы чувствовали приближающуюся опасность? Что говорили местные люди?

– Возможно, знак был в том, что семинар стартовал 23 февраля. В нем приняли участие около 20 человек из 9 стран Европы и Азии. Казахстан вместе со мной представляла Алёна Каптёнкина, научный сотрудник, орнитолог Центра изучения и сохранения биоразнообразия (BRCC) из г. Караганды. Каждый день в 6 ч утра мы отправлялись на наблюдения в бердвотчинг-парке, а также в прилегающих пустынях, горах, плантациях, опресняющих озерах. Затем проходили презентации и занятия в центре наблюдения за птицами. В самом Эйлате нет военных объектов, и ничто не говорило о предстоящей войне. На удалении от города мне приходилось пару раз видеть в небе грузовые военные самолеты, но это не выглядело как активная военная деятельность. 26 февраля Эйлат отметил свое 77-летие, в честь которого вечером в центре города прошёл концерт. Местные люди жили привычной жизнью. В парк наблюдения за птицами приезжали группы пенсионеров, молодые велосипедисты. Я обратил внимание на то, что группу малышей из детсада сопровождали не только воспитательницы, но и два охранника с автоматами. Но, как мне сказали, это обычная практика.

Самый горячий день зимы

– Что вы почувствовали, когда начались воздушные атаки? Как вели себя люди и что преобладало: страх, паника, прилив сил?

– К счастью, наш город не оказался в эпицентре. 28 февраля мы, как обычно, в 6 утра отправились на берд-вотчинг. Наблюдать и слушать птиц утром – это потрясающее занятие. Нам нужно было пройти по парку, его окрестностям и посчитать, сколько видов птиц поют этим утром. За час наша команда насчитала 55 видом птиц и с небольшим отрывом победила. Во время этой игры я снял на видео потрясающей красоты восход солнца из-за гор и позже довольно редкий кадр, на котором пассажирский самолет пролетал сквозь солнце. Мы вернулись в гостиницу на завтрак. Примерно в 8 часов утра на всех мобильных телефонах неожиданно зазвучал сигнал тревоги и появилось сообщение о том, что необходимо срочно спуститься в укрытие! Мы быстро спустились на цокольный этаж. Там мы узнали, что началась атака Ирана со стороны США и Израиля, поэтому возможны ответные удары. Никакой паники среди местных жителей не наблюдалось. Но мне с непривычки было тревожно. Как правило, во время военных конфликтов чаще всего в зоне опасности оказываются три крупнейших города Израиля – Иерусалим, Тель-Авив и Хайфа. Эйлат, расположенный в 355 км от Тель-Авива — это относительно безопасный город. Но всегда существует вероятность обстрела со стороны йеменских хуситов. Поэтому надежная система ПВО и доступные укрытия – обязательная часть жизни этого города. Примерно через полчаса тревога была снята. Организатор семинара Ноам, конечно, был расстроен тем, что не удалось завершить намеченную программу. Он собрал нас в безопасном помещении в центре здания и сообщил, что все поездки отменены, порекомендовал не выходить на улицу. Мы скачали на телефоны специальное приложение, которое информирует о предстоящих атаках. Было решено провести оставшиеся два дня семинара в гостинице, в безопасном помещении, где был установлены стулья и проектор для презентаций. За пару дней до этого я проводил мастер-класс по имитации голоса птиц и вырезанию фигур из бумаги, сложенной особым образом – «Бумагия». Это наше казахстанское ноу-хау. На этих занятиях преуспели берд-вотчеры из Грузии. Один из них, Иоан Бибилейшвили, вырезая фигуру «Пять птиц», изобразил пернатых с прямыми крыльями, что напоминало истребитель. Возможно, это был знак о надвигающейся войне. На следующий день у нас не было привычного утреннего берд-вотчинга. Открыв рано утром окно, я услышал незнакомые звуки, напоминающие борьбу ПВО с беспилотниками. Как мне сказали знакомые, несколько дронов были сбиты на подлете к городу. Теперь в этом небе царили железные птицы.

– О чем вещали СМИ в это время? Общались ли вы там с местными коллегами?

– Как это обычно бывает, первой жертвой войны становится правда. У меня не было возможности и времени смотреть местные СМИ и общаться с журналистами. В основном, я ориентировался по ТикТоку. Конечно, фейков хватает и там, тем более в век искусственного интеллекта. Но отсутствие жесткой цензуры в этой соцсети позволяло мне в целом составить картину происходящего. Прежде 28 февраля ассоциировался у меня с печально известной реформой по объединению часовых поясов в Казахстане. Однако в этом году у последнего дня зимы, ставшего самым горячим, появился новый трагический смысл.

Ближневосточное турне поневоле

– Как проходила ваша эвакуация? Наверняка, у вас были свои сроки пребывания в Израиле и обратные билеты?

– Для всех воздушных и морских судов на Ближнем Востоке 28 февраля наступил очередной Судный день. Виза была оформлена на три месяца. Но обратные билеты были приобретены на 2 марта. Однако в связи с началом военных действий все авиарейсы были отменены. Менеджер муниципалитета Эйлата Анна Лисон, которая курировала наш семинар, оперативно взялась за поиски запасных маршрутов для представителей каждой страны. Город Эйлат граничит с Египтом и Иорданией. У своего друга, бывалого путешественника А.Цоя я узнал контакты Почетного консула Казахстана в Египте Мухамеда Юсефа. Он быстро отозвался и дал мне ценные консультации. Я также узнал телефоны посольства Казахстана в Израиле. Дозвониться мне не удалось, я написал сообщение по ватсапу. Через какое-то время я увидел два звонка с их стороны в тот момент, когда я был вне зоны доступа. Но к этому времени Анна Лисон уже купила авиабилеты на 5 марта из Шарм-эль-Шейха в Стамбул, и затем в Алматы.

2 марта мы с основной группой участников на нескольких машинах доехали до таможенного пункта Таба на границе Израиля с Египтом. Нам понадобилось два часа, чтобы его пройти. Задержка была вызвана большим количеством выезжающих. Организаторы семинара не только оплатили сбор за въездную визу в Египет (для казахстанцев он составляет 25 долларов), но и отель за три дня, которые мне пришлось провести в Шарме в ожидании самолета. Таким образом, организаторы семинара сделали нашу эвакуацию максимально удобной в сложившейся ситуации. В Египте я поработал удаленно, отправляя статьи в редакцию, и даже совершил небольшой тур по Синайскому полуострову с целью изучения особенностей местного туризма. Моими соседями в самолете из Шарм-эль-Шейха в Стамбул были Донгджин из Южной Кореи (в Египте у него конфисковали дрон) и Андреа из Кабо-Верде, вынужденная оставить свою работу в Дубаи. В аэропорту ко мне также присоединилась казахстанская коллега Алёна Каптёнкина, которая предпочла три дня до самолета провести в Эйлате. К тому времени там уже стали звучать ракетные предупреждения. В этом городе мы изучали перелетных птиц, но теперь сами уподобились им, пытаясь проскочить в бутылочное горлышко гражданских авиаперелетов между Украиной и Ближним Востоком.

– Что надо делать казахстанцам в таких ситуациях?

– К любой поездке за рубеж, особенно на Ближний Восток, нужно серьезно готовиться. Экстремальная ситуация может возникнуть неожиданно. Прежде всего, нужно записать все телефоны и адрес посольства Казахстана в той стране, куда вы направляетесь. Эти данные можно найти на сайте egov.kz. Важно зарядить телефон максимально и иметь с собой заряженный пауэрбанк. Не во всех аэропортах можно легко зарядить свои гаджеты. В Шарм-эль-Шейхе и Стамбульском аэропорту им. Сагихи Гёкчен это сделать проблематично. Не во всех аэропортах есть доступный wi-fi. Желательно иметь роуминг с возможностью выхода в интернет. Всегда нужно иметь наличные доллары на экстренный случай, в том числе и в мелких купюрах.

– Как вы думаете, что поможет этим воюющим странам прекратить войну и массовые убийства, ведь страдают не только солдаты, а мирное население, невинные дети?

– Процесс, в котором мы находимся, можно назвать «Танец на пороховой бочке». К сожалению, этот танец становится все горячее. Я считаю эту войну большой ошибкой. Её начало стало одним из самых страшных в истории войн. Регион стремительно погружается в хаос. После головокружения от успехов в Венесуэле Трамп, застряв в Иране, рискует потерять своё политическое влияние.

В марте 2003 г., когда западная коалиция напала на Ирак, в Алматы состоялся фестиваль антивоенных плакатов. Один из участников – Crayola представил пророческую композицию «Who’s next? – Кто следующий?». С той поры изменилась лишь одна буква в названии страны. Похоже, что человечество необучаемо. Вместо того, чтобы сообща бороться с голодом, болезнями, уничтожением природы, идёт бесконечная борьба за власть и ресурсы. Однако перемены происходят. Вырваться из этого адского круга можно, объединив усилия всех, кому дорог многополярный мир. Только так мы сможем проскочить через бутылочное горлышко истории и увидеть планету, где над головой летают не железные, а живые птицы.

Фото Олега Белова