Какими мерами реагировать на китайский импорт

Внешнеторговый профицит Китая продолжает расти, а его промышленный экспорт наращивает доминирование на мировых рынках, поэтому остальные страны мира ломают голову: как на это реагировать. Надо ли им огораживаться торговыми барьерами от Китая? Пытаться сократить связи с Китаем, вернув оттуда производство («решоринг») и выстраивая национальные производственные цепочки? Скопировать его стратегию стимулирования производства с помощью промышленной политики?

Для начала власти должны задаться вопросом, почему собственно экспорт из Китая стал проблемой. Ведь дешёвый импорт олицетворяет выгоды внешней торговли. Например, в такой важной отрасли, как возобновляемая энергетика, китайские инновации и производственные успехи принесли большую климатическую пользу, а это глобальное общественное благо. Кроме того, дефицит в двусторонней торговле сам по себе не вызывает особого беспокойства. Большой общий дисбаланс во внешней торговле может быть проблемой, но её лучше решать с помощью макроэкономической политики, а не отраслевых мер, нацеленных на Китай.

И всё же, есть три разумных аргумента, почему китайский экспорт проблематичен. Речь идёт о соображениях национальной безопасности, влиянии на инновации и о потерях рабочих мест. В каждом случае требуется отдельная стратегия. Однако сегодня власти слишком часто смешивают их, и в итоге мы получаем плохие результаты.

Начнём с национальной безопасности. Лидеры США и Европы всё чаще считают Китай противником и геополитической угрозой. И поэтому вполне оправданы торговые и промышленные меры для защиты стратегических и оборонных интересов, позволяющие, к примеру, снизить зависимость от поставок критически важных военных материалов и оградить технологии с оборонным значением. После принятия таких мер правительства обязаны объяснить гражданам (и Китаю – чтобы не допустить усиления международной напряжённости), что принятые меры надлежащим образом нацелены на товары, услуги и технологии, связанные с национальной безопасностью, и что они хорошо откалиброваны, не выходя за рамки поставленных целей.

И здесь правильным подходом остаётся стратегия «маленького двора за высоким забором», которую сформулировал Джейк Салливан, советник президента Джо Байдена по национальной безопасности. Если применять её всерьёз, эта доктрина гарантирует дисциплину в применении торговых мер в целях национальной безопасности. И она помогает диалогу и обмену разъяснениями, что предотвращает пагубную эскалацию.

Далее инновации. Здесь беспокойство вызывает тот факт, что китайский экспорт может ослабить инновационный потенциал стран-импортёров, сокращая перспективы будущего процветания. Хотя в развитых странах доля промышленности в общей занятости постоянно снижается, этот сектор сохраняет непропорционально большую роль в сфере исследований и разработок, а также в инновациях. Когда эта деятельность вытесняется китайским импортом, польза торговли уменьшается, или даже она приносит убытки.

Решение этой проблемы также требует откалиброванных и дифференцированных ответных мер. Властям следует сосредоточить внимание на более продвинутых сегментах промышленности, где больше перспектив для новых технологий и инноваций. Нет особого смысла защищать потребительские товары или уже сложившиеся отрасли, где используются стандартные технологии. Например, в автопроме Америке и Германии надо сосредоточиться на новом поколении электромобилей, а не на массовых моделях, которые так хорошо научился производить Китай.

Вот правильный ответ на китайский импорт в технически передовых секторах: проводить современную промышленную политику, напрямую стимулируя инвестиции и инновации с помощью государственных ресурсов, координации и, когда это необходимо, субсидий. По сути, другие страны должны скопировать промышленную политику самого Китая, хотя и адаптировав её к местным экономическим, политическим и институциональным условиям. В лучшем случае защита от импорта станет временный щитом, за которым эта политика со временем может принести плоды.

Наконец, рабочие места. Есть обоснованные опасения, что китайский импорт негативно влияет на занятость, особенно в отсталых регионах, где сконцентрированы отрасли, столкнувшиеся с конкуренцией (так называемый «китайский шок»). Эти опасения выходят за рамки традиционных соображений справедливости. В регионах, где исчезают рабочие места, как правило, фиксируется социальное и политическое неблагополучие: рост преступности, распад семей, зависимость от опиатов, повышенная смертность, поддержка авторитарного популизма.

Но акцент на сохранении рабочих мест не оправдывает меры поддержки промышленности и защиты от импорта. Более того, трудно себе представить, как можно возместить потерянные промышленные рабочие места, несмотря на любые масштабы решоринга. Уже почти десять лет Америка пытается возродить промышленность разными мерами, включая пошлины на импорт (во время первого и нынешнего сроков президента Дональда Трампа) и промышленную политику (при Байдене). Однако доля промышленности в занятости продолжает снижаться. В европейских странах тенденции схожи, хотя стартовые позиции там были иными.

Критики будут доказывать, что переломить тенденцию можно более агрессивным отношением к китайскому импорту. Но их оптимизм опровергается тем фактом, что сам Китай теряет десятки миллионов рабочих мест в промышленности, хотя и продолжает доминировать в мировом производстве. Более агрессивная политика способна вернуть обратно часть производства, но в результате будет создано мало рабочих мест. Автоматизацию производства уже нельзя отменить.

Хорошие рабочие места нужны для восстановления здоровья нашего среднего класса. Стратегия создания хороших рабочих мест должна быть обязательно сосредоточена на секторе услуг, включая уход за детьми и престарелыми, ритейл, гостинично-ресторанный бизнес, гиг-услуги, ведь именно они будут и дальше обеспечивать львиную долю будущей занятости. Как я пишу в новой книге, для этого потребуется комбинация инициатив регионального развития (с опорой на партнёрства государственных ведомств и бизнеса) и дополнительных инвестиций в технологии, которые благоприятны для труда и расширяют спектр задач, выполняемых работниками без высшего образования. Оба компонента этой стратегии требуют действий правительства, но это действия совсем иного рода, чем защита отечественной промышленности.

Китайская экспортная машина стала сигналом будильника для экономических властей во всём мире. Но импортные барьеры – это неправильная ответная мера, которая отвлекает от реальных приоритетов. Политика должна опираться на чётко сформулированные экономические и социальные задачи, а также цели национальной безопасности. Такие задачи обычно требуют целевых мер, ориентированных на сравнительно узкие сегменты промышленности. А в случае с рабочими местами нужно пересмотреть роль промышленности в обеспечении экономического процветания.

Copyright: Project Syndicate, 2025. www.project-syndicate.org