Почему чиновников не привлекают за распространение заведомо ложной информации

После того, как глава холдинга «Байтерек» Рустам Карагойшин опроверг не кого-нибудь, а самого президента Токаева, он, должно быть, почувствовал себя монопольным носителем права на истину в последней инстанции. «Стоимость мяса на сегодняшний день в Казахстане на самом деле низкая. Если просто посмотреть стоимость мяса в мире, самое дешевое – на африканском континенте, по-моему, 0,47 цента. У нас оно и того дешевле. Поэтому окупать технологии в таких секторах очень сложно», – огорошил он присутствующих. И, ничуть не смущаясь, продолжил: «Когда вы смотрите технологии, которые сюда приводятся, тот же скот для селекции – он имеет стоимость, и ее нужно окупать. Если при такой цене фермер не окупает свои расходы, если ему невыгодно продавать по 1200–2000 тенге за живой вес, тогда вступает государство». От такой трогательной заботы о «простых аграриях» просто плакать хочется…Но!

Во-первых, таких цен (меньше полдоллара примерно или 230 тенге!) не найти нигде в мире – даже в Африке. В Казахстане приблизительно похожие деньги просили за кило говядины в далеком прошлом. Как свидетельствует ranking.kz. «в январе 2010-го, то есть более 16 лет назад, по официальным данным казахстанской статистики, килограмм говядины стоил 641 тг. В пересчёте по курсу того периода получается около 4,5 долл.»

На самом деле актуальная статистика портала Global Product Price говорит о том, что и в африканских странах говядина стоит минимум $ 5,4. Это даже по меркам давно потерявшим счет деньгам в собственных карманах топ-менеджеров квазигогса «две большие разницы». По данным на декабрь прошлого года дешевле всего в мире мясо стоило действительно на Черном континенте, а конкретно – в Замбии. Но даже там ценник весил на порядок тяжелее карагойшинского. Во-вторых, в Казахстане, расположившемся в мировом ценовом рейтинге чуть ниже середины, кило говядины стоило в среднем $15,1. Усредненная статистика международного портала очень близка к реальной стоимости культового национального продукта на внутриказахстанском рынке. При этом, в разных регионах нашей мясоедской державы ценники значительно различаются – от Т11 тысяч за кило вырезки в Алматы до Т4,1 тысячи в Павлодаре.

Допускаем, что сам г-н Карагойшин может этого не знать, но его сотрудникам стоило бы потрудиться более тщательно, готовя шефа к публичному выступлению. Глядишь, тогда он не смешил бы почтенную публику, говоря про полцента в желтой жаркой Африке, «а у нас еще ниже».

Но, может быть, Рустам Тимурович имел в виду не розничную цену на прилавке, а иную – скажем, за килограмм в живом весе? Так ведь и тут не бьется! По данным министра сельского хозяйства Айдарбека Сапарова, на февраль 2026 года кило говядины в живом весе снизилось с Т2000 до Т1800. А экспортная стоимость самой кондиционной говядины не превышает Т6000.

Допустим, опять же, что небожитель Карагойшин не вникал во все эти «африканские страсти». Но тогда снова возникает вопрос: чем в таком случае занимаются его многочисленные подчиненные, а их только в центральном аппарате холдинга даже после последней «оптимизации» осталось не меньше 120 человек). Спрашивается, чем занимаются эти люди, если их босс оперирует цифрами, взятыми бог знает с какого «левобережного» потолка?

Не их ли имел в виду наш деликатнейший президент, говоря о «левобережных людях», которые «пьют кофе в гостиницах и ведут сомнительные беседы, и в целом изнывают от ничегонеделания»?

Касым-Жомарт Токаев на расширенном заседании кабмина сказал, не называя фамилий: он имел с квазигосовскими топами «серьезный разговор» и предупредил их: «Это до добра не доведет».

В ответ на «критику сверху» рулевой «Байтерека» не моргнув глазом парировал: результаты компании за прошлый год впечатляют – показатели «сидящих под «Тополем» выросли почти в три раза по сравнению с 2023 годом. По его словам, сотрудники холдинга «постоянно заняты работой, и нередко случаются переработки». «Я не вижу, чтобы наши люди где-то сидели с кофе и вели пустые разговоры. Сам я практически всё время нахожусь в офисе — будь то кабинет или специально отведённые места для встреч» – возразил он главе государства с прямотой римлянина – правда, заочно. Однако, судя по довольно смелым экскурсам Рустама Тимуровича в аграрное ценообразование, можно сделать, как минимум, два не слишком утешительных вывода.

Вывод первый: с таким уровнем финансового менеджмента надеждам вице-премьера Серика Жумангарина на то, что НИХ «Байтерек» в обозримой перспективе способен стать «финансовым фундаментом качественной стратегии диверсификации экономики и формирования новой модели роста» едва ли суждено сбыться.

Вывод второй: единственное, что у гениев финтеха получится гарантированно – это «успешно осваивать» те $100-200 миллиардов, что правительство решило ежегодно в течение ближайшей пятилетки (до 2030 года) направить через дочерние компании НИХ «Байтерек» на «перспективные проекты» в промышленности и в том же агросекторе.

Тут, конечно, «Тимуровичу и его команде» придется изрядно попотеть, выпить море кофе и с большой вероятностью погрязнуть в упомянутых президентом «сомнительных дискуссиях»…

Но ведь овчинка стоит выделки, не так ли?