Позволит ли Семья национализировать золотодобывающую отрасль?

Экс-вице-министр финансов, общественный деятель Оразалы Ержанов презентовал комплексную программу экономического возрождения и социальной модернизации Казахстана на основе государственного протекционизма. По его словам, если коренным образом не поменять государственную социально-экономическую политику, то страна уже в следующем году может оказаться в тупике.

Основные направления программы – наполнение внутреннего рынка товарами отечественного производства через меры «государственного протекционизма», обеспечение демографического роста до 40 млн человек, формирование источников финансирования программы за счет возврата незаконно выведенных активов, национализация управляемой Семьей золотодобывающей отрасли и т.д.

Импорт инфляции

– Эта программа – мой гражданской долг, – говорит Оразалы Ержанов. – Я хорошо помню упреки госсоветника Карина в адрес гражданского общества. Оно, мол, не креативное, не конструктивное, умеет только критиковать, не дает никаких позитивных предложений. Вот я и решил предложить от себя альтернативные пути выхода из кризиса.

Я достаточно хорошо представляю, что происходит в экономике стране, но верю, что все еще можно исправить. Но есть субъективный фактор для реализации такой программы у членов правительства должны быть реальные полномочия. Другой вопрос – есть ли у них такое желание? Вот в этом я не уверен.

Более того, с учетом последних изменений, прежде всего налогового законодательства, повышения тарифов на жилищно-коммунальные услуги, отпуска цен на многие жизненно важные товары (их, правда, до конца первого квартала следующего года заморозили), думаю, что страну ожидает не очень хорошее будущее уже совсем скоро.

– С какими трудностями, на ваш взгляд, мы столкнемся в 2026 году?

– Возьмем НДС, который вырастет на 4% (с 12 до 16%). Это, безусловно, вызовет всплеск цен, которые прямиком лягут на плечи рядового потребителя. У нашего государства есть так называемая «программа обмана». Для монополистов это означает повышение тарифов в обмен на инвестиции. Их и так уже подняли, а после временного моратория, скорее всего, отпустят еще.

Но тарифы повышаются, а инвестиции почему-то не приходят. Цены на ГСМ также отпущены. Мораторий наложен только на стоимость бензина 92 марки, но это не конец игры, во втором квартале он наверняка вновь будет дорожать. Поэтому ожидать чего-то положительного очень сложно.

То, что у нас девальвация будет и это ухудшит положение нашего народа, у меня нет сомнений. Для нашей страны это не в новинку, но, вопреки экономической логике, почему-то после этого, к примеру, не происходил рост внутренней обрабатывающей промышленности. И, тем не менее, у девальвации много сторонников. У меня такое ощущение, что идет какая-то не очень красивая игра. Недавно (в начале декабря) доллар стал сильно падать (правда, он падает во всех мировых экономиках как следствие последних шагов президента Трампа), но потом снова начался рост.

Я в своей программе указал три причины – почему мы оказались в ситуации, когда бюджет пытаются наполнить с помощью налогов, поднятия цен и штрафов.

Первая – уже более 30 лет у нас господствует неолиберальный монетаризм. Но предполагаемые этой доктриной свободные рынок и торговля для страны, где нет собственного производства, – это путь к грабежу. Ведь все деньги, которая имеются в стране, появляются в основном за счет продажи (экспорта) ресурсов. При этом статистика за счет того, что на границе воруют и при импорте присутствует контрабанда, складывается искаженная. Ситуацию усугубляет отсутствие в стране производства элементарных товаров первой необходимости.

Но те, кто во власти, мыслят именно по стандартам неолиберального монетаризма и весь набор их предложений сводится к минимизации роли государства в экономике, регулированию объема денежной массы и такие разовые мероприятия как снижение расходов и отмена льгот. Так считают и экономисты, которые не во власти, но к ним прислушивается общественность, считая их авторитетными экспертами.

Но пытаться разобраться с инфляцией через регулирование объема денежной массы и с помощью ставки Нацбанка бесперспективно. В течение последних 25 лет ее уровень в Казахстане только три раза превышал 10%, остальные 22 года был между 5 и 9%. При этом ни разу не удалось добиться ее снижения ниже таргетированной цели в 4%, и внутреннее производство тоже не появилось.

Когда я писал свою программу, то руководствовался подходами немецкого экономиста Фридриха Листа, писавшего о необходимости перехода к политике государственного протекционизма и поддержке собственного производства и бизнеса, который будет создавать товары внутри страны.

Вторая причина того, почему наша экономика находится в глубоких аутсайдерах – малочисленность населения (не более 7-8 человек на один квадратный километр).

Но когда емкость рынка маленькая, то невозможно масштабировать производство. Негативно сказываются и наши огромные пространства, кратно увеличивающие логистические издержки. Одно дело – создавать товары для 20 млн на такой территории, другое – хотя бы для 40-50 млн. Если люди будут жить достаточно плотно, то и себестоимость товара, и расходы на его доставку будут куда ниже. К сожалению, у нас этого сейчас нет.

И третья причина – инфляция, которую порождает отсутствие собственных товаров и высокая зависимость от импорта. Определяющую роль в этой ситуации играет курс тенге к основным мировым валютам, для влияния на который наши власти имеют весьма ограниченные возможности. Поэтому это стало ключевым инструментом для импорта чужой инфляции в Казахстан в условиях деиндустриализированной экономики. Без решения проблем импортозависимости и создания собственного производства нам не выйти из этого замкнутого круга.

Демографическая ловушка

– А как увеличивать демографию, если в стране не хватает жилья, а дети учатся в три смены?

– Ее у нас привыкли рассматривать как некий социальный фактор. Но я, назвав свою работу программой экономического возрождения и социальной модернизации, исходил из того, что нельзя развивать экономику, поставив только экономическую цель.

Напомню: к 2029-м году в Казахстане запланировано увеличить ВВП в два раза. Чтобы выполнить эту задачу, принято решение отпустить все цены и повысить регулируемые государством тарифы, и урезать социальные программы. А то, что население уже в ближайшее время будет жить гораздо хуже, чем вчера, никого не волнует.

Увеличение населения к 2050 году как минимум до 40 млн человек должно стать, на мой взгляд, одной из главных задач нашего общества. Одно дело – рождаемость, другое – если у нас будут созданы условия, то казахи, которые сегодня живут на территории других стран – КНР, Монголии, Узбекистане и ряде других – вернутся на историческую родину.

Но есть такое понятие как «демографическая ловушка». Это когда страна имеет демографический бум, но условия в ней для этого не созданы – не вложены деньги ни в образование, ни в здравоохранение. Я предлагаю вести все это параллельно – установив определенные социальные стандарты по их строительству, начать массово возводить жилье и, соответственно, все социальные объекты.

Главная особенность этой части моей программы – обеспечение к 2050 году большинства граждан Казахстана жильем, выдавать его семьям, имеющим четырех и более детей безвозмездно с правом наследования, но с условием, что в течение 30 лет они не могут его продать или оформить в залог. Это самый главный показатель или фактор для обеспечения рождаемости.

Теперь об ипотеке. Понятно, что у нас сегодня большое количество самозанятых, но даже среди официально работающих людей, я уверен, 90 % не могут позволить ее на тех условиях, которые предлагаются сегодня банками. Что касается массового строительства, то я предлагаю массовое строительство обеспечивать только за счет тех товаров, которые будут производиться в Казахстане. Для этого правительство должно пойти навстречу отечественному бизнесу.

У нас по отделочным материалам есть позиции, которые вообще в Казахстане не производятся, хотя это не так уж и сложно, если поставить запрет на их завоз контрабандным путем из того же Китая и защитить отечественного производителя, как это делает сегодня Трамп, тарифными пошлинами на импорт.

Если мы сможем обеспечить массовое строительство строительными (в том числе и металлургическими) материалами, произведенными в Казахстане, тогда следующим этапом пойдет развитие отечественного машиностроения. Вовсе не обязательно производить мерседесы, но строительная и другая техника нам вполне под силу. Население Беларуси вдвое меньше нас, но это не мешает им производить тракторы? Говорят, кадров у нас не хватает, но в первой половине XIX века Германия, которую все сегодня знают, как высокотехнологичную страну, была глубоко аграрной. В 1841 году экономист Фридрих Лист написал свой основной труд – «Национальная система политической экономии», ставший настольной книгой «железного канцлера», создателя единой Германии Отто фон Бисмарка, и немецкая промышленность стала одной из передовых в мире.

Поддержка отечественного бизнеса через государственный протекционизм – вторая главная мысль моей программы. Если мы это сделаем, в Казахстане появится очень много рабочих мест с такой зарплатой, которая позволит не брать кредиты.

И еще один момент – строительство новой железнодорожной сети. Та, что досталась нам от Союза, была рассчитана на вывоз нашего сырья на предприятия, которые находились на территории других республик. Поэтому я предлагаю построить новую железнодорожную сеть, состоящую из скоростных магистралей. Высокие скорости доставки грузов имеют огромное значение для отечественного бизнеса.

Возврат активов, депомонолизация РЭКов и возрат

– А где взять деньги на это?

– Я указал в программе разные источники. Кроме возврата активов, это, к примеру, реформа энергетической отрасли страны через возврат контроля над РЭКами (региональные электросетевые компании). В Алматы несколько лет назад за один киловатт потребители платили 19 тенге. В этом году хотели сделать уже 38 тенге, но до конца первого квартала следующего года приостановили, но и та базовая ставка, что есть (30, 26 тенге) сильно бьет как по кошельку физических лиц, так и по МСБ.

Являясь монопольными структурами, РЭКи не могут находиться в рыночной среде, но чтобы стабилизировать цены на электроэнергию, они должны быть подконтрольными государству, то есть их нужно национализировать.

То же самое касается и золотодобывающей отрасли. Ситуация с золотом сегодня в стране такая, что его добывают частные компании, все, как одна, связанные с семьей Назарбаевых, чтобы затем по мировым ценам продать его Казахстану.

При этом в 2000 году тройская унция (31,1034768 грамма) стоила $279, сейчас – свыше $4200. Поэтому добычей золота должна заниматься государственная компания. Одной, думаю, будет достаточно на всю страну. Добыли – половину отдали в золотовалютные резервы Нацбанка, а из другой половины нужно формировать золотой фонд правительства. И уже под гарантию этого фонда привлекать длинные дешевые деньги из внешних рынков для финансирования предложенной программы.

Напомню: согласно статье 6, пункту 3 Конституции РК, земля, ее недра, воды, растительный и животный мир, другие природные ресурсы принадлежат народу Казахстана, но могут находиться и в частной собственности на условиях, установленных законом, при этом от имени народа право собственности осуществляет государство.

– Как вы оцениваете действия правительства как бывший вице-министр финансов?

– На следующий год дефицит бюджета запланирован в пределах 8 трлн тенге без учета трансфертов из Нацфонда. Но сейчас поднимут НДС, предпримут еще кое-какие меры по налоговому администрированию – таким образом правительство предполагает собрать порядка 5 трлн. Но мне кажется, оно делает большую ошибку. Экономическая ситуация очень скоро станет столь критической, что все это станет нереальным. У меня сегодня вообще большие сомнения – занимается ли кто-то в нашем правительстве стратегическим планированием на 10, 20, 30 лет вперед. Ощущение, что власти сегодня живут только одним днем. Происходит это, возможно, из-за недостатка опыта и знаний, а может, и отсутствия желания что-то делать для страны. Ну и однозначно присутствует коррумпированность при принятии решений на разных уровнях.