Рождение европейского ядерного сдерживания

Президент Франции Эммануэль Макрон произнёс речь, которая может оказаться самым значимым выступлением на тему европейской безопасности со времени окончания Холодной войны. Сделав выводы из длительного цикла конфликтов, начавшегося четыре года назад в Украине, Макрон объявил о радикальных изменениях в ядерной доктрине Франции и представил новую концепцию ядерного сотрудничества с ключевыми европейскими союзниками.

«Чтобы быть свободным, нужно внушать страх». Этой яркой максимой Макрон выразил свою концепцию, которую называет «опережающим сдерживанием». Она изменит стратегическую карту Европы. Ядерный зонтик Франции, который доктрина страны всегда строго ограничивала защитой национальных интересов, теперь распространится на значительную часть европейского континента.

Диагноз, который привёл к этим сдвигам, суров. Европа столкнулась с конвергенцией угроз на своих границах, и их усугубляет, как дипломатично выразился Макрон, «пересмотр приоритетов Америкой и сильный стимул для Европы взять на себя больше прямой ответственности за собственную безопасность». В то же время Макрон подчеркнул, что новая доктрина не направлена против США; она, скорее, дополняет стратегический разворот США в сторону Индо-Тихоокеанского региона.

Макрон предупредил, что стратегический ландшафт в Европе меняется опасным образом. «Мы видим повышение риска, что конфликты перейдут ядерный порог, – заявил он, – и одновременно усиление конфликтов ниже этого порога». По мнению Макрона, такое распространение субъядерных конфликтов повышает вероятность ядерной эскалации: «Разве мы не видели в последние месяцы залпы ракет по ядерным державам или странам, обладающим атомными технологиями? Европа может однажды оказаться в такой же ситуации».

Согласно базовой идее, на которую опирается новая доктрина Макрона, ядерные и обычные вооружённые силы глубоко взаимозависимы и служат одной цели – удержать любого противника от применения силы против жизненно важных интересов Франции. По его словам, «чтобы быть сильными в ядерном сдерживании, мы должны быть сильны в наших обычных вооружениях по всем их параметрам». В этом смысл «épaulement» («поддержки»), которую, как сейчас ожидается, должны предоставить европейские союзники, чтобы французское сдерживание могло убедительно распространяться на континент.

В концепции «опережающего сдерживания» признаётся, что ядерным оружием невозможно защитить каждый квадратный метр территории союзников. Есть пространства (географические, политические, стратегические), где применение ядерного оружия просто немыслимо. Согласно традиционной французской доктрине «борьбы с городами», финальной угрозой является ответный удар по населенным центрам противника. Но что делать, если враг действует в зоне, где ядерное возмездие несоразмерно или саморазрушительно?

Наглядной иллюстрацией служит Холодная война. Западный Берлин, окружённый со всех сторон территорией ГДР, нельзя было защитить ядерным оружием, не уничтожив его. Решением стало наполнение города солдатами НАТО, чтобы любая советская атака автоматически провоцировала полномасштабную войну. Такое «наращивание» стало ответом президента Джона Кеннеди на Берлинский кризис 1961 года (а ответом ГДР стало строительство Берлинской стены).

В 2026 году уязвимые «швы» Европы проходят через страны Балтии и коридор Сувалки между Польшей и Литвой, который граничит с российским эксклавом – Калининградской областью. Защита этих территорий требует надёжных обычных сил, которые способны сдержать агрессию в районах, где применение ядерного оружия не представляется возможным.

В соответствии с этими новыми принципами Франция сохранит полный суверенный контроль над своим ядерным арсеналом и полномочия на запуск, а также сможет размещать стратегические бомбардировщики на территории европейских союзников. «Наши интересы охватывают метрополию и заморские территории Франции, но их нельзя сводить лишь к очертанию наших государственных границ», – сказал Макрон.

В числе стран, названных партнёрами: Великобритания, Германия, Польша, Нидерланды, Бельгия, Греция, Швеция и Дания. Министр иностранных дел Норвегии уже на следующий день заявил, что его страна «готова обсудить» присоединение к этой системе.

Сделка проста: Франция предоставляет ядерную защиту, «обеспечив развёртывание, при определённых обстоятельствах, элементов стратегических сил на союзной территории». Взамен её партнеры «несут» неядерную нагрузку: разведка, наблюдение, обнаружение ядерных запусков и, наконец, обычные вооружённые силы, которые нужны для защиты наиболее уязвимых флангов Европы.

Стратегическая выгода распространения ядерного зонтика на весь континент является двойной. Во-первых, европейское сдерживание получает стратегическую глубину, которого страна размером с Францию просто не может добиться в одиночку. Во-вторых, этот, как выразился Макрон, «архипелаг силы», сильно усложняет расчёты любого противника.

Кроме того, Макрон объявил об увеличении числа боеголовок, но без уточнений. Ожидается, что их станет больше на 50-100 относительно нынешних примерно 300. Этого достаточно для оснащения двух новых эскадрилий Rafale, приписанных к реактивируемой стратегической авиабазе в Люксёй (она заработает в 2032 году).

В европейских столицах реакция на объявление Макрона оказалась быстрой: энтузиазм. Канцлер Германии Фридрих Мерц заявил, что он и Макрон создали «высокопоставленную руководящую группу по ядерным вопросам», а Германия будет участвовать во французских ядерных учениях. Премьер-министр Польши Дональд Туск объявил, что «мы вооружаемся вместе с нашими друзьями так, чтобы наши враги никогда не осмелились напасть на нас».

На внутреннем фронте реакция оказалась поразительно благожелательной. Это решение одобрили политические лидеры, которые обычно выступают против Макрона на уровне рефлекса – от Жан-Люка Меланшона на крайнем левом фланге до Марион Марешаль, внучки Жана-Мари Ле Пена, на крайнем правом фланге.

Речь Макрона знаменует начало новой стратегической эры для Европы. Франция предлагает свой ядерный щит. А её союзники обеспечивают мощь обычных вооружённых сил, разведывательный потенциал и территориальную глубину, чтобы этот щит стал надёжным на всём континенте.

Ещё предстоит увидеть, окажется ли «опережающее сдерживание» на практике таким же крепким, как это звучит в теории. Проблемы колоссальны: чувствительные вопросы суверенитета; сложности в командовании и управлении; постоянный риск, что противники, ищущие слабые места, решат протестировать это обязательство расширенного сдерживания.

Тем не менее, это прорыв. Впервые со времён Холодной войны Европа разрабатывает ядерную стратегию, которая полностью принадлежит европейцам. Эпоха стратегической зависимости подходит к концу.

Copyright: Project Syndicate, 2026. www.project-syndicate.org

Иллюстрация на обложке сгенерирована с помощью ИИ