Изменится ли характер конкуренции между банками после внедрения единого QR?

С 19 июля в Казахстане официально заработала единая межбанковская система QR–платежей. Покупатель теперь может отсканировать любой QR–код через приложение своего банка независимо от того, какой банк обслуживает торговую точку. Однако за этим технологическим прорывом скрываются куда более глубокие процессы: передел платежного рынка, попытка демонополизации и острая борьба банков за клиента. Разбираемся, кто на самом деле выигрывает от единого QR и сможет ли новая система покончить с доминированием Kaspi.

В Национальной платежной корпорации (НПК) в ответе на запрос объяснили, что тариф НПК за использование инфраструктуры Межбанковской системы мобильных платежей (МСМП) составляет 0,1% от суммы успешно обработанного QR–платежа и распределяется между банком–отправителем и банком-получателем – по 0,05%. Эти деньги являются платой за использование инфраструктуры и обработку операции.

Когда покупатель платит по единому QR в магазине, а его банк и банк магазина разные, банк магазина должен перечислить банку покупателя так называемый interchange – в Казахстане это 1,2% по стандартному тарифу или 1% по льготному. Это плата за то, что деньги «ушли» из другого банка. Кроме того, сам банк магазина берет с предпринимателя свою комиссию за обслуживание терминала, обработку платежей и риски – ее размер оговаривается отдельно.

В итоге продавец платит обе суммы, поэтому ему кажется, что комиссия выросла: раньше при оплате внутри одного банка он платил только своему банку, а теперь еще и банку покупателя. НПК же берет лишь 0,1% за работу самой инфраструктуры единого QR, и эта сумма не входит в interchange.

«Таким образом, НПК отвечает за инфраструктурную часть и устанавливает тариф за обработку операций в МСМП, тогда как конечная комиссия для бизнеса формируется банком, обслуживающим торговую точку, с учетом применяемой модели межбанковских расчетов и условий договора с предпринимателем», – комментирует пресс-служба НПК.

Представители госкомпании заявляют, что межбанковский QR создавался прежде всего для повышения доступности и удобства безналичных платежей за счет единой межбанковской инфраструктуры. При этом конечная комиссия для бизнеса формируется банком, обслуживающим торговую точку, с учетом модели межбанковского взаимодействия. НПК не устанавливает тарифы для бизнеса, а вопросы дальнейшего развития тарифной модели будут рассматриваться участниками рынка с учетом практики использования системы.

«Вопросы дальнейшего изменения тарифной модели межбанковского QR будут рассматриваться по мере развития системы и анализа практики ее применения. При этом тарифы для бизнеса определяются банками в рамках договорных отношений с торговыми точками с учетом условий взаимодействия участников рынка», – уточнили в НПК.

Анализ влияния новых тарифов на субъекты малого и среднего бизнеса проводился. При его подготовке учитывались действующие комиссии банков по другим платежным инструментам – банковским счетам и платежным карточкам, – а также ожидаемый экономический эффект от внедрения межбанковских QR–платежей.

«По результатам анализа установлено, что предлагаемые тарифы не должны привести к существенному увеличению стоимости приема безналичных платежей для субъектов МСБ. Напротив, развитие межбанковских QR-платежей способствует усилению конкуренции между банками, расширению выбора для предпринимателей и снижению зависимости от отдельных платежных решений. Это создает предпосылки для формирования более конкурентных условий обслуживания и оптимизации расходов бизнеса на прием платежей», – уверены в НПК.

Кто может выиграть

Финансисты в личных беседах говорят, что главными бенефициарами новой системы могут стать средние и небольшие банки. Сегодня порядка 80% платежей в Казахстане проходят через два банка – Kaspi и Halyk, причем на долю Kaspi, по расчетам Bloomberg, приходится примерно 70%. Единый QR позволяет конкурентам Kaspi и Halyk получить доступ к платежному трафику, который раньше был для них практически закрыт.

Как отмечают эксперты, «единый QR будет выгоден прежде всего их конкурентам, которые тоже получат возможность застолбить за собой какую–то долю платежей». Банки смогут конкурировать не размером собственной QR-сети, а качеством приложений, тарифами и дополнительными сервисами.

Покупатели также оказываются в выигрыше. Им больше не нужно ориентироваться на то, терминал какого банка установлен в конкретной торговой точке.

Продавцы получают возможность расширить число способов приема платежей без необходимости устанавливать терминалы разных банков. Однако главный вопрос для бизнеса – это, конечно, комиссии. Сейчас магазины платят около 1% от суммы чека за эквайринг. При межбанковском QR-платеже комиссия для предпринимателя складывается из 1% interchange, который уходит банку покупателя, и комиссии банка–эквайера. При этом существует законодательное ограничение: комиссия при оплате через единый QR не может быть выше комиссии при оплате картой.

Будет ли устранена монополия

Это ключевой вопрос. Глава Нацбанка Тимур Сулейменов еще в апрельском интервью Bloomberg прямо заявил, что два банка, «возможно, создали олигополию в банковской системе Казахстана, контролируя 80% платежей». Нацбанк видит системные риски в доминировании отдельных игроков и намерен снизить их влияние.

Однако станет ли единый QR инструментом реальной демонополизации? Мнения экспертов разделяются. С одной стороны, сама архитектура системы направлена на разрушение закрытых экосистем. До сих пор крупные игроки активно продвигали собственные QR-коды, предлагая повышенные бонусы и кешбэк именно за оплату через свое приложение. Kaspi, по сути, построил «закрытый контур»: чтобы платить через Kaspi QR, нужно быть клиентом Kaspi. Единый QR ломает эту модель.

С другой стороны, Kaspi не собирается сдавать позиции без боя. Компания, по данным за 2025 год, сгенерировала более 4 трлн тенге выручки. Это огромный бизнес, построенный на платежной монополии.

Нацбанк, в свою очередь, рассчитывает, что «после внедрения единого QR изменится характер конкуренции между банками». Предприниматели смогут выбирать банк с наиболее выгодными условиями, что заставит банки снижать комиссии.

Международный опыт

Индонезия (QRIS) – национальный стандарт QR–платежей. Центральный банк взимает комиссию в размере 0,7% за обычные транзакции по QR. Это заметно ниже казахстанского уровня.

Таиланд (PromptPay) – одна из самых успешных систем. Для бизнеса комиссия за переводы до 100 тыс. бат составляет всего 10 бат – около 80 тенге – за транзакцию. Фактически это фиксированная плата, а не процент от суммы.

Европейский союз – межбанковская комиссия (MIF) по дебетовым картам ограничена 0,2%, по кредитным – 0,3%.

Азербайджан – с 2026 года снизил верхние пределы interchange по платежным картам на 0,25 процентного пункта.

В России единый QR-код для оплаты товаров и услуг работает через Систему быстрых платежей (СБП). Комиссия составляет 0,4% от суммы при продаже товаров и 0,7% при оказании услуг. Например, при покупке на 10 000 тенге это около 40 тенге при приобретении товаров или 70 тенге при оплате услуг. При этом Национальная система платежных карт (НСПК) предоставляет инфраструктуру единого QR банкам бесплатно и не взимает отдельную плату за использование кода.

На этом фоне казахстанская ставка interchange в размере 1,2% по стандартному тарифу и 1% по льготному выглядит достаточно высокой. И это даже с учетом того, что за последние два года Нацбанк совместно с Visa, Mastercard и UnionPay снизил ставки межбанковских комиссий по карточным операциям примерно в два раза – с 1,8–2% до 1% по массовым картам и с 2,4% до 1,2% по премиальным.

В Нацбанке объясняют, что «банки также являются субъектами предпринимательства, несут расходы на содержание инфраструктуры и установку POS–терминалов и, исходя из этих условий, устанавливают комиссии предпринимателям, как в любом конкурентном бизнесе». Однако международный опыт показывает, что возможно и более низкое тарифообразование при сохранении устойчивости системы.

В кулуарах банкиры уже не первый год обсуждают, что внедрение единого QR-кода тормозилось вовсе не техническими сложностями. По их словам, проект, анонсированный еще в 2018 году, фактически встал из–за негласного сопротивления двух крупнейших игроков – Kaspi и Halyk. Нацбанк годами договаривался, убеждал и корректировал подход, но стороны шли к согласию с трудом. И хотя в итоге регулятору удалось продавить систему, преодолев сопротивление, в банковских кругах поговаривают, что это стало возможным лишь после того, как были найдены компромиссы по тарифам. Крупные игроки добились сохранения высокого уровня комиссий, на который Нацбанк в итоге закрыл глаза.

В Нацбанке подчеркивают, что единый QR не заменяет существующие способы оплаты, а дополняет их. Предприниматели могут продолжать использовать наличные, банковские карты и внутрибанковские QR–коды либо объединить разные способы приема платежей.

Однако стратегическая цель регулятора очевидна: создать единое национальное платежное пространство, где любой банк может конкурировать с любым другим на равных условиях.