Комплексный план до 2029 года: вырастут ли доходы казахстанцев?

На заседании правительства Казахстана министерство национальной экономики представило обновлённый Комплексный план по повышению доходов населения до 2029 года. Документ, структурированный по шести направлениям и включающий 59 мероприятий, фактически фиксирует ключевую проблему экономики: экономический рост слабо трансформируется в рост реальных доходов граждан, сообщает Exclusive.kz.

1. Рынок труда: рост без адекватной трансформации доходов

Первый блок плана признаёт структурный дисбаланс в оплате труда.

Доля оплаты труда в добавленной стоимости составляет 30,6%, что указывает на слабую «монетизацию» экономического роста для работников. Дополнительный сигнал — разрыв между средней и медианной заработной платой на уровне 39,2%, что отражает высокую поляризацию доходов.

Сохраняется и регионально-отраслевая асимметрия, усиливающая неравномерность распределения доходов.

Предлагаемые меры носят компенсаторный характер:
— повышение минимальной заработной платы через обязательства бизнеса;
— индексация окладов госслужащих раз в три года;
— точечное повышение зарплат в производственном секторе;
— развитие социального партнёрства;
— попытка выравнивания межотраслевых и региональных диспропорций.

Фактически речь идёт о догоняющей корректировке рынка труда, а не о его структурной модернизации.

2. Инфляция как главный фактор «обесценивания» доходов

Второй блок прямо фиксирует ключевую проблему: номинальный рост доходов не конвертируется в реальные.

При росте номинальных доходов на 110,2% реальные доходы снизились до 98,9%. Это означает фактическую потерю покупательной способности.

Структура потребления усиливает уязвимость домохозяйств: 52% расходов приходится на продовольствие, при этом продовольственная инфляция (13,5%) опережает общий уровень (12,3%).

Предлагаемые меры концентрируются вокруг ценового контроля:
— ограничение торговой надбавки на уровне 15%;
— снижение тарифов на перевозку социально значимых товаров;
— товарные интервенции;
— усиление регулирования финансового сектора;
— административное сдерживание продовольственной инфляции.

Это подтверждает: инфляция рассматривается как системный, а не краткосрочный фактор давления на доходы.

3. Кредитная нагрузка: рост потребления в долг

Третий блок отражает накопление долговых рисков домохозяйств.

Общий объём кредитов населению достиг 25,067 трлн тенге, увеличившись более чем вдвое с 2022 года. Портфель потребительских займов — 16,854 трлн тенге.

На начало 2026 года:
— общая задолженность — 27,5 трлн тенге;
— 8,95 млн заёмщиков;
— 4,4 кредита на человека в среднем;
— 76,9% граждан имеют два и более кредита;
— просрочка — 6,5%.

Картина указывает на структурный переход к модели потребления, основанной на кредитовании, а не росте доходов.

Ответные меры государства направлены на ограничение рисков:
— реструктуризация просроченной задолженности;
— пересмотр расчёта ГЭСВ;
— усиление защиты потребителей;
— ограничение недобросовестного кредитования;
— упрощение банкротства для уязвимых групп.

4. Рынок труда будущего: высокий риск технологического вытеснения

Четвёртое направление связано с долгосрочными изменениями занятости.

До 22% рабочих мест к 2030 году могут быть трансформированы или исчезнуть. При этом система переквалификации остаётся слабо охваченной: лишь 4–5% работников регулярно повышают квалификацию против 40% в странах ОЭСР.

Это формирует риск технологического разрыва между требованиями экономики и качеством рабочей силы.

Меры направлены на адаптацию:
— модернизация системы ТиПО;
— дуальное обучение;
— развитие наставничества;
— расширение переподготовки;
— формирование навыков будущей экономики.

5. Производительность и структура занятости: хроническое отставание

Пятый блок фиксирует низкую производительность труда.

В странах ЕС она в 3,2 раза выше, чем в Казахстане. Одновременно сохраняется высокая доля нестабильной занятости:
— 6% — сезонная занятость;
— 31% — самозанятые, включая скрытую недозанятость.

Это указывает на структурную слабость рынка труда и ограниченную продуктивную занятость.

Меры направлены на перераспределение занятости в формальный сектор:
— развитие кластерных и инвестиционных рабочих мест;
— поддержка сельской занятости;
— расширение МСП и микрокредитования;
— стимулирование предпринимательства;
— рост производительности труда.

6. Налогово-социальная система: попытка компенсировать неравенство

Шестое направление связано с перераспределением доходов через фискальные и социальные инструменты.

Отмечается, что сокращение налоговых льгот и вычетов снизило доступность ипотеки и увеличило финансовую нагрузку на домохозяйства. Ограниченность прогрессивных механизмов снижает потенциал перераспределения доходов.

Ключевые меры:
— восстановление налогового вычета по ипотеке с 2029 года;
— внедрение «Социального кошелька»;
— автоматизация соцподдержки;
— усиление адресности;
— повышение перераспределительной роли налоговой системы.

Итог: рост доходов — под вопросом без структурных изменений

К 2029 году планируются:
— рост доходов выше уровня «инфляция + 2–3%»;
— создание до 240 тыс. рабочих мест ежегодно;
— снижение инфляции до 5–7%;
— рост производительности в сельском хозяйстве;
— снижение доли расходов на продукты до 40%.

Однако сама структура документа показывает: ключевая проблема не отсутствие мер, а системный разрыв между ростом экономики, производительностью и реальными доходами населения.

Обложка новости сгенерирована ИИ