Корейская катастрофа Трампа

Президент США Дональд Трамп вновь заявил, что заинтересован во встрече с северокорейским диктатором Ким Чен Ыном. Но сестра Кима, которая входит в число его ближайших советников, уже раскритиковала эту идею. И не важно, является ли это сигналом реального отсутствия интереса или просто переговорной тактикой, сразу возникают два вопроса. Куда, по мнению Трампа, должны привести переговоры с Кимом? И как Трамп намерен достичь своих целей?

Во время первого президентского срока целью переговоров Трампа с Кимом было ядерное разоружение Северной Кореи. Он её не достиг. С тех пор у Северной Кореи заметно увеличилось не только количество боеголовок (до 57, как заявляет Трамп), но также дальность и точность ракет, способных доставлять их и внутри региона, и по всему миру.

Аналогичная попытка сегодня практически гарантированно принесёт такой же результат. Ким явно уверен, что его безопасность зависит от наличия убедительного ядерного сдерживания. Он, конечно, видит, что Америка атаковала Иран, у которого нет ядерного оружия, а перед этим атаковала Ирак, а перед этим НАТО атаковало Ливию после того, как руководство страны отказалось от ядерной программы. Россия вторглась в Украину в 2014 году и вновь 2022 году, хотя Украина отказалась от унаследованных от СССР ядерных арсеналов в обмен на гарантии безопасности, которые были проигнорированы.

Ким понимает, что к нему никто не стал бы проявлять интерес, если бы Северная Корея не обладала ядерным оружием. Международные позиции и значение как его лично, так и его страны, во многом зависят от растущих арсеналов.

Трамп преувеличивает важность двух факторов, что объясняет его уверенность в успехе дипломатии. Первый фактор – сила личной дипломатии. Практически все президенты США обычно уверены, что их способность убеждать и их личные отношения с иностранными лидерами имеют огромное значение. История показывает, что к истине ближе обратное утверждение.

Кроме того, Трамп явно преувеличивает соблазн перспективы экономического развития для Северной Кореи в случае снятия международных санкций. Для Кима важнее всего сохранение собственной власти и власти выбранного им преемника, а не процветание и счастье северокорейцев. Более того, открытие страны может поставить под угрозу его контроль над ней. Революции чаще случаются на фоне повышенных ожиданий, а не в условиях жёстких репрессий.

Итак, если разоружение не является реалистичной целью, тогда, возможно, ею является некий вариант контроля над вооружениями. Возможность введения ограничений на количество и качество ядерных и ракетных сил Северной Кореи, конечно, стоит изучить. Но тут возникают риски, ведь это будет выглядеть легитимизацией и согласием с решением КНДР выйти из «Договора о нераспространении ядерного оружия» и заняться программой вооружений. Многие в Южной Корее и Японии как минимум встревожатся, хотя могут этим не ограничиться.

Вопрос поддержки Северной Кореей агрессивной войны России в Украине тоже стоит поднять, хотя Ким вряд ли перестанет оказывать эту поддержку, учитывая ту помощь в сфере энергетики и ядерного оружия, которую, как сообщается, его режим получает взамен. Тут тоже возникает вполне реальный вопрос, а чего можно добиться дипломатией и какой ценой.

Всё это подводит нас к теме Южной Кореи, крайне важного и давнего союзника США. Корейский полуостров стал местом первого горячего конфликта в период Холодной войны. Более 36 тысяч американцев погибли, сначала освобождая Южную Корею, а затем в ходе неудавшейся попытки воссоединить страну силой.

Сегодня Южная Корея служит примером выдающихся успехов, совершив образцовый переход от коррумпированного авторитаризма и крайней нищеты к динамичной демократии и процветающей экономике, которая сейчас занимает 14-е место в мире по размерам. Трамп явно смотрит на отношения с этой страной как игру с нулевой суммой: он полагает, что достигнет своих целей в Северной Корее с большей вероятностью, если пожертвует отношениями США с Южной Кореей. Но верным будет, скорее, обратное.

Уроки истории не останавливают Трампа. Он ввёл пошлины на товары из Южной Кореи, несмотря на соглашение о свободной торговле; он вывел системы противоракетной обороны, несмотря на возросшую ракетную угрозу со стороны КНДР; а недавно он сократил масштабы больших американо-южнокорейские военных учений, посчитав их слишком дорогими и провокационными.

Не очень понятно, что мотивирует Трампа. Возможно, он видит в Северной Корее шанс добиться внешнеполитического успеха, чтобы отвлечь внимание от своего провала в Иране. Или он же просто обиделся на отказ Южной Кореи помогать ему в Иранской войне, которую эта страна не поддержала (и которая привела к росту цен на энергоносители и дефициту ключевого сырья для промышленности).

Зато понятно другое: Трамп, похоже, не вполне осознает, что сдерживание зависит от способности организовать убедительную оборону. И это опасно, в том числе потому, что 28 тысяч американских солдат дислоцированы в Южной Корее, которую Америка обязана защищать согласно условиям договора.

Дипломатический набег Трампа обернётся провалом, если успехом считать удачную попытку убедить Кима отказаться от ядерного оружия. Кроме того, содержание и форма этой дипломатии – односторонняя инициатива, заставшая правительство Южной Кореи врасплох – со временем, наверное, ослабит авторитет американских гарантий безопасности. Вместо одной Кореи с ядерным оружием, мы вполне можем получить две, что повысит вероятность начала войны на полуострове спустя три четверти века. Хуже того, условия, обеспечивавшие ядерную стабильность во время Холодной войны, будет крайне сложно воспроизвести, и это создаст угрозу применения ядерного оружия – впервые с 1945 года.

Copyright: Project Syndicate, 2026. www.project-syndicate.org