Кризис в Сеуте – это не только проблема миграции

Зрелище 72 000 человек, устремляющихся в испанский анклав Сеута из соседнего Марокко, стало резким напоминанием о том, что одна из самых чувствительных сухопутных границ Европейского союза проходит в Северной Африке.

Статус Сеуты и Мелильи, другого испанского анклава на территории Марокко, на протяжении многих десятилетий является предметом затянувшегося политического спора между правительствами Марокко и Испании. Марокко претендует на суверенитет над этими городами, тогда как Испания утверждает, что они являются такой же частью ее национальной территории, как и Мадрид. На протяжении веков Сеута находилась под контролем мусульманских династий, правивших в западном Магрибе и Аль-Андалусе, пока в 1415 году её не захватил король Португалии Жуан I – что стало предвестником европейской экспансии за океан. Когда в 1580 году португальская монархия перешла под контроль испанских Габсбургов, под их власть попала и Сеута. После восстановления независимости Португалии в 1640 году город остался верным испанской монархии.

Как заметил великий французский историк Фернан Бродель, Средиземноморье следует рассматривать как исторически взаимосвязанный театр, сформированный миграционными, торговыми, культурными и политическими обменами, которые начались задолго до появления современного национального государства. С этой точки зрения Гибралтарский пролив – не просто граница, а пограничная зона между двумя берегами одного и того же моря, которые издавна находились в тесном, хотя и зачастую конфликтном, контакте.

В обоснование своих претензий на суверенитет Марокко ссылается на доколониальную историю и непрерывность власти марокканского султана над обширными территориями в западном Магрибе. Марокканские историки, в частности Абдалла Ларуи, также подчеркивают необходимость избегать механического применения территориальных категорий современного национального государства к доколониальным обществам.

Современная европейская концепция границы как точно демаркированной, юридически признанной линии не всегда соответствует формам суверенитета, которые преобладали в Магрибе до колонизации. Власть султана в той или иной степени осуществлялась через отношения верности, налогообложение, религию и политическую принадлежность, не обязательно принимая форму единообразного административного контроля. Именно в этом контексте следует рассматривать претензии Марокко в отношении Сеуты, Мелильи и других испанских территорий на североафриканском побережье.

После обретения Марокко независимости в 1956 году вопрос о границах колониальной эпохи стал предметом общенациональной дискуссии. Марокканские националисты, в частности султан Мухаммед V, выступали за возвращение территорий, которые, как считалось, были отторгнуты от Марокко в колониальный период. Эта политика разворачивалась на фоне более широкого движения за деколонизацию, в результате чего Испания уступила Тарфаю в 1958 году и Сиди-Ифни в 1969 году.

Тем не менее Сеута и Мелилья остались под контролем Испании, и эти бывшие колониальные территории в конечном итоге стали частью внешней границы ЕС. Таким образом, усилия ЕС по сдерживанию миграции в последние годы преобразили эти города, придав им стратегическое значение, сопоставимое с их исторической и военной значимостью.

Эта перемена помогает объяснить парадоксальный характер отношений между Марокко и Испанией. Несмотря на прочные экономические и торговые связи, а также тесное сотрудничество в сфере безопасности и миграции, территориальный спор по-прежнему остается источником конфликта. В исследовании, посвящённом претензиям Марокко на испанские территории в Африке, Джейми Тринидад из Кембриджского университета подчеркивает, что правовые аргументы различаются для каждой территории, а это означает, что Сеута, Мелилья, острова Чафаринас и остров Перехиль не являются аналогичными случаями.

Но это не означает, что решение недостижимо. Рассмотрим пример Гибралтара, на который часто ссылаются в марокканском политическом дискурсе. Процесс определения статуса Гибралтара после «брекзита», потребовавший тесного сотрудничества между Великобританией, ЕС и Испанией, демонстрирует, что затянувшийся территориальный спор может завершиться совместным управлением, даже когда фундаментальные позиции по вопросу суверенитета остаются расходящимися.

Этот опыт дает урок Марокко: даже затянувшиеся территориальные споры могут способствовать сотрудничеству. Их можно смягчить посредством постепенных переговоров, мер по укреплению доверия и других механизмов, которые, по крайней мере временно, отделяют вопросы суверенитета от практических потребностей повседневной жизни.

Применение такого подхода в Сеуте и Мелилье потребует от Европы признания того, что одна только милитаризация границ не может решить миграционную проблему. Как показали недавние события, границы по-прежнему можно использовать для оказания дипломатического давления. Сотрудничество между Марокко и Испанией в сфере миграции должно поэтому стать частью более широкой стратегии, ориентированной на экономическое развитие, легальную мобильность, борьбу с преступными сетями и защиту основных прав.

Будущее Сеуты и Мелильи следует рассматривать через призму евро-средиземноморских отношений – как площадки для диалога, обмена и сотрудничества между Африкой и Европой, а не просто как укрепленные границы. Марокко и Испания обречены на сосуществование. Их географическая близость, экономические и человеческие связи, а также общие интересы в сфере безопасности требуют построения отношений, основанных на доверии и взаимном уважении.

Урегулировать этот территориальный спор будет нелегко, поскольку каждая из стран имеет давние претензии на эти два города. Но настало время искать новый путь, основанный на переговорах, а не на конфронтации. Это не только откроет новую главу в двусторонних отношениях, но и принесет пользу всему Средиземноморскому региону.

Авторские права: Project Syndicate, 2026. www.project-syndicate.org