Кто и как получает влияние на энергорынке Казахстана

Чтобы войти в руководство отраслевой ассоциации, наделённой полномочиями Совета рынка электроэнергии, недостаточно представлять интересы отрасли – необходимо ещё и платить повышенный членский взнос. Об этом в интервью Exclusive.kz заявил руководитель Green Platform Сергей Агафонов. По его словам, действующая модель управления Советом рынка создаёт конфликт интересов: представители ТЭЦ участвуют в принятии решений, непосредственно затрагивающих их собственные интересы. В результате возникают вопросы к прозрачности управления рынком электроэнергии и обеспечению равных условий для его участников.

Недавно мы опубликовали интервью, в котором поговорили с руководителем Green Platform Сергеем Агафоновым о блэкаутах, тарифах и перспективах развития распределённой генерации на основе возобновляемых источников энергии (ВИЭ) в Казахстане.

Между тем на минувшей неделе Агафонов, являющийся членом Республиканского совета по барьерам АЗРК, сообщил, что действующая модель функционирования отраслевого Совета рынка на базе Казахстанской электроэнергетической ассоциации (КЭА) представляет собой административный барьер. По его словам, для того чтобы войти в президиум Совета рынка – некоммерческой организации, предусмотренной Законом РК «Об электроэнергетике», – необходимо платить в КЭА повышенный членский взнос.

Мы попросили Сергея Агафонова подробнее рассказать о сложившейся ситуации и объяснить, в чём именно заключается проблема.

– Что представляет собой Совет рынка и для чего он нужен?

– Совет рынка предусмотрен Законом РК «Об электроэнергетике» для того, чтобы осуществлять мониторинг рынка электроэнергии, готовить для Министерства энергетики заключения по инвестиционным программам энергопроизводящих организаций, а также выдавать заключения, на основании которых Единый закупщик осуществляет приоритетную покупку электрической энергии у ТЭЦ.

Последнее означает, что все наши ТЭЦ в силу комбинированной выработки тепла и электроэнергии имеют приоритет перед прочей традиционной генерацией в части продажи электроэнергии Единому закупщику, а Совет рынка как раз проверяет и даёт заключения в отношении объёмов указанной приоритетной продажи.

– Кто входит в состав Совета?

– Приказом Министерства энергетики от 8 июля 2016 года (№ 305) статус Совета рынка закреплён за Казахстанской электроэнергетической ассоциацией (КЭА), одной из отраслевых ассоциаций. При этом действующий президиум Совета рынка на 64% (7 из 11 членов) состоит из тех, кто или аффилирован с ТЭЦ, либо непосредственно их представляет.

– Вы хотите сказать, что таким образом ТЭЦ сами себя же и контролируют в части приоритетной продажи электроэнергии Единому закупщику?

– Абсолютно верно. При этом возможное влияние ТЭЦ на их же собственные приоритетные продажи Единому закупщику может провоцировать снижение объёмов торгов в конкурентном секторе оптового рынка. Это и есть наиболее очевидный признак барьера и ярко выраженный конфликт интересов.

Кроме этого, одновременно являясь ещё и энергопроизводящими организациями, они же готовят для Министерства энергетики заключения по инвестиционным программам энергопроизводящих организаций, а также осуществляют мониторинг всего рынка электроэнергии.

Ещё одной функцией Совета рынка, предусмотренной Законом «Об электроэнергетике», является представление в Минэнерго экспертного заключения к проекту прогнозного баланса электроэнергии и мощности на предстоящий сем№Аилетний период.

У меня нет оснований утверждать, что Совет рынка, начиная с 2016 года, специально «рисовал» для министерства слишком оптимистичный прогнозный баланс, но факт остаётся фактом: сегодняшний дефицит мы попросту «проспали».

– Почему Республиканский совет по барьерам АЗРК признал отраслевой Совет рынка на базе КЭА административным барьером и почему повторно?

– Именно по совокупности всех указанных признаков – создание неравных и дискриминационных условий на рынке, снижение конкурентной среды и ограничение равного доступа субъектов к процессу продажи электрической энергии Единому закупщику, а также очевидный конфликт интересов – на состоявшемся в минувший четверг заседании Республиканского совета по барьерам АЗРК отраслевой Совет рынка на базе КЭА был повторно признан административным барьером.

А повторно потому, что во второй раз вопрос рассматривался по инициативе КЭА, но я даже рад этому, поскольку, помимо подтверждения высокой актуальности проблемы для отрасли и рынка, стала гораздо понятнее корпоративная модель управления самой КЭА, и она объективно шокирует.

– Можете привести пример?

– Например, то, что в Совет директоров КЭА избираются те, кто платит повышенный членский взнос.

То есть выбирают тех, кто способен и готов заплатить больше. О наличии повышенного взноса за место в Совете директоров КЭА рассказали председатели ассоциации на состоявшемся заседании Республиканского совета по барьерам.

Между тем речь идёт об общественном объединении, когда даже многие коммерческие предприятия, я уже не говорю о квазигоссекторе, где это обязательно, пытаются привлечь к работе в советах директоров именно независимых директоров.

Можете представить себе покупку мест в Совете директоров какой-нибудь квазигосударственной организации? А чем КЭА отличается от такого предприятия? Только тем, что доминирует в отрасли гораздо больше любого отдельно взятого акционерного общества.

– Чем такая модель получения мест в Совете директоров КЭА грозит Совету рынка и что вы намерены делать в итоге?

– Если вы сравните действующие составы Совета директоров КЭА и президиума Совета рынка, то обнаружите практически полное их совпадение. Выводы делайте сами.

Устранение указанного барьера и реформа Совета рынка будут обсуждаться комиссией, но это точно не должна быть «косметика». Структура этой некоммерческой организации должна кардинально измениться, а возглавить её должен независимый директор, избранный на конкурсной основе и по тем же принципам, по которым сейчас происходит отбор в советы директоров предприятий квазигоссектора.

Иллюстрация на обложке сгенерирована с помощью ИИ