Кто важнее – потребители или работники?
Зачем нужна экономика? Со времен Адама Смита экономисты дают прямой ответ на этот вопрос: экономика расширяет наши потребительские возможности. В хорошо функционирующей экономике становится всё больше товаров и услуг по всё более доступным ценам – от продовольствия и потребительских товаров до жилья и транспорта. А в плохо функционирующей экономике наблюдается дефицит: тех товаров и услуг, которые нужны потребителям, либо нет, либо они стоят слишком дорого.
- В США Демократическая партия оппозиционного президенту Дональду Трампу сплотилась вокруг темы «ценовой доступности» — потребительский угол зрения.
- Журналисты Эзра Кляйн и Дерек Томпсон продвигают программу создания «изобилия», приоритет расширения ассортимента товаров и услуг, включая жильё, транспорт и возобновляемую энергетику.
- Автор текста приводит альтернативный взгляд: люди – не только потребители, но и производители; труд приносит смысл и достойное признание, а потеря работы влияет на благосостояние сильнее чем снижение доходов.
- Декларируется необходимость учитывать обе точки зрения в политике: ориентироваться на потребителей и на хорошие рабочие места.
- Примеры из сектора долгосрочного ухода: дискуссии о дефиците работников — консюмеристский подход vs подход, нацеленный на создание качественных рабочих мест.
- В возобновляемой энергетике и жилье предлагаются варианты: увеличение занятости внутри страны и баланс между ценами и качеством работы, включая примеры Испании и правил безопасности в строительстве.
- Авторы из MIT Дарон Аджемоглу, Дэвид Аутор и Саймон Джонсон отмечают искажения стимула у компаний при выборе технологий; возможность использовать ИИ для расширения автономии работников; политика, усиливающая голос работников, может повысить производительность и доступность услуг.
Такие потребительские взгляды традиционно ассоциируются с учёными экономистами и технократами. Но сегодня она проникли и в мышление прогрессивных кругов.
В США оппозиционная президенту Дональду Трампу Демократическая партия сплотилась вокруг темы «ценовой доступности». Это явно потребительский угол зрения. А журналисты Эзра Кляйн и Дерек Томпсон популяризируют программу создания «изобилия», отдавая приоритет расширению ассортимента товаров и услуг, причём не только потребительских товаров, но и жилья, транспорта, возобновляемой энергетики.
Однако есть и альтернативный взгляд на экономику, подчеркивающий другую сторону человеческой природы и человеческих нужд. Люди – не только потребители, но и производители. В работе, которую мы выполняем, мы обретаем смысл, социальное признание и удовлетворение жизнью – так же, как и в товарах и услугах, которые потребляем (а может, даже в большей степени). Труд даёт нам общность, достоинство, идентичность.

И поэтому потеря работы ведёт к снижению индивидуального благополучия, которое оказывается намного больше снижения доходов из-за безработицы. И именно поэтому нынешнюю социально-политическую поляризацию (и сопутствующий ей рост авторитарного популизма) во многом можно объяснить проблемами на рынке труда в отстающих регионах из-за деиндустриализации, политики жёсткой бюджетной экономии, глобализации. Когда достойные рабочие места исчезают навсегда, последствия не ограничиваются мгновенным снижением доходов и уровня потребления.
Эти два подхода к экономике (либо потребление, либо рабочие места) предлагают совершенно разную политику и лекарства. Взять, к примеру, сектор долгосрочного ухода за людьми – крупную и растущую отрасль, которая сегодня в США обеспечивает работой в несколько раз больше людей, чем весь автопром. Дискуссии об этом секторе сосредоточились на проблеме «дефицита работников». Это консюмеристский подход: политический анализ фокусируется на обеспечении дешёвых услуг ухода за пожилыми.
Подход, ориентированный на рабочие места, позволяет иначе сформулировать задачу: надо создавать хорошие рабочие места в сфере услуг долгосрочного ухода. Перспектива хороших рабочих мест привлечёт в сектор больше работников и увеличит предложение, а также повысит качество работы.
Или взгляните на возобновляемую энергетику, в частности, солнечные панели и ветрогенераторы. Самый дешевый способ активизировать внедрение этих технологий и ускорить отказ от ископаемого топлива – воспользоваться импортом из Китая, мирового лидера в этом секторе.
Напротив, подходы с ориентацией на рабочие места предполагают поиск баланса и возможностей одновременно увеличить занятость в стране. Испания применяет такую стратегию и лидирует в Европе не только в генерации на крупных станциях возобновляемых источников, но и в снижении цен на энергию.
Наконец, сектор жилья. В последние годы производительность в жилищном строительстве в США стагнировала, что отчасти объясняется правилами безопасности и профсоюзными нормами. С потребительской точки зрения (и согласно программе создания изобилия), внимание надо сосредоточить на устранении бюрократических барьеров.
Но многие из правил, замедляющих строительство, снижают число травм на работе. Начиная с 1970-х, благодаря правилам безопасности труда в США резко сократилось количество смертей и травм в строительном секторе. Как нам найти компромисс между повышением благополучия строителей за счёт этих правил и снижением доступности жилья для населения в целом? Делая акцент на хороших рабочих местах, мы должны лояльней относиться к правилам и нормам, которые жертвуют частью эффективности, но их результатом становится более качественная, безопасная и стабильная работа.
Для повышения уровня жизни и достоинства людей власти обязаны учитывать обе точки зрения. Хотя предлагаемые лекарства часто могут противоречить друг другу, экономическая стратегия, которая содействует росту производительности с учётом интересов трудящихся, позволяет убить двух зайцев одним выстрелом.
В принципе, организационные и технические инновации, повышающие производительность, позволяют не только улучшить условия труда, но и повысить доступность товаров и услуг. Однако слишком часто работникам достаётся лишь малая доля возникающих выгод. Цифровые платформы и автоматизированные склады сильно повысили производительность труда, но основные выгоды досталась таким компаниям, как Uber и Amazon.
Как пишут в новой статье экономисты из Массачусетского технологического института Дарон Аджемоглу, Дэвид Аутор и Саймон Джонсон, у компаний часто возникают искажённые стимулы, когда они решают, какие технологии выбрать и внедрить. Они могут предпочесть иерархические, ориентированные на эффективность системы, которые сохраняют жёсткий контроль над работниками и усиливают разделение труда. Однако искусственный интеллект и другие новые технологии можно использовать и для повышения автономности работников, предоставляя им больше ответственности и позволяя выполнять более широкий спектр сложных задач. Например, в секторе долгосрочного ухода децентрализованное, командное предоставление услуг помогло бы повысить не только качество работы, но и производительность благодаря снижению текучести кадров и медицинских расходов.
Властям не надо делать решительный выбор между экономикой, служащей потребителям, и экономикой, служащей работникам. Политика повышения производительности, которая усиливает голос работников и расширяет их возможности с помощью организационных и технических инноваций, позволяет достичь прогресса на обоих фронтах. Однако такая политика требует иного менталитета и поиска баланса между консюмеристскими подходами и адекватным вниманием к важности хороших рабочих мест.
Copyright: Project Syndicate, 2026. www.project-syndicate.org
Иллюстрация на обложке сгенерирована с помощью ИИ



Все комментарии проходят предварительную модерацию редакцией и появляются не сразу.