Новый лидер Венгрии должен избежать ошибок Джо Байдена

Борясь с враждебной медийной средой и манипулированной избирательной картой, венгерская оппозиция во главе с Петером Мадьяром одержала победу над Виктором Орбаном, получив не просто простое большинство, а квалифицированное большинство, необходимое для внесения поправок в конституцию. Это потрясающий поворот событий, особенно если учесть, что Орбан обеспечивал себе квалифицированное большинство в 2014, 2018 и 2022 годах, что позволяло ему укреплять позиции своей партии «Фидес» в государственных институтах и общественной сфере.

Теперь Мадьяр должен решить насущные проблемы, которые занимали видное место в его предвыборной кампании — причем на фоне разворачивающегося в Европе энергетического кризиса — и одновременно восстановить демократические нормы. Если он не справится с этими вызовами, оставшиеся в правительстве, судах и СМИ сторонники «Фидеша» сделают все возможное, чтобы подорвать или даже сорвать демократическое обновление страны.

Проблема с остатками старого режима является существенной. Правительство Мадяра столкнется с судебной системой, наполненной назначенцами «Фидеша». Председатель Верховного суда был назначен на эту должность в 2021 году сроком на девять лет, несмотря на жалобы специального докладчика ООН по вопросам независимости судебной системы. Слишком мало судей уйдет со своих постов, чтобы профидешская ориентация судебной системы ослабла в течение первого срока Мадяра.

Различные государственные агентства и ведомства также оказались под контролем партии. Например, генеральный прокурор продемонстрировал непоколебимую способность закрывать глаза на коррупцию со стороны чиновников «Фидеша». А благодаря союзникам «Фидеша» в СМИ и университетах партия сохранит«всепроникающее»влияние на гражданское общество.

Тем не менее, опыт других стран, переживающих регресс, проливает некоторый свет на то, как справляться с этими вызовами, а успехи или неудачи Мадьяра на этом фронте станут новыми уроками для других.

Президентство Джо Байдена, например, дает два четких урока. Во-первых, Мадьяр должен принять быстрые и решительные меры, чтобы показать, что за отступление от правовых и конституционных норм приходится платить. Вместо того чтобы уделять первоочередное внимание огласке и наказанию преступлений, наблюдавшихся во время первого срока Дональда Трампа, команда Байдена демонстративно действовала с изнурительной тщательностью.

В результате никогда не проводилось серьезных расследований финансовых конфликтов интересов или самосделок Трампа, а при рассмотрении роли Трампа в смертоносном насилии 6 января 2021 года Министерство юстиции проводило то, что New York Times назвало «нефункциональным и до безумия медленным расследованием». Действительно, потребовалось почти два года даже для того, чтобы назначить специального прокурора (Джека Смита), и к тому моменту политический ветер полностью вышел из парусов администрации Байдена. Начало расследования было настолько неудачно выбрано по времени, что позволило Трампу обвинить Смита во вмешательстве в выборы.

Точно так же генеральный прокурор Меррик Гарланд подождал шесть месяцев после инаугурации, чтобы издать меморандум, ограничивающий контакты между Министерством юстиции и Белым домом. А в той мере, в какой это имело какой-либо общественный эффект, он, вероятно, был нивелирован более поздним помилованием Байденом своего сына Хантера, которое Трамп, как и следовало ожидать, представил в качестве доказательства «использования в своих интересах» Байденом системы правосудия.

Рабочая теория в то время, по-видимому, заключалась в том, что оперативные правовые действия против Трампа имели бы обратный эффект, поскольку выглядели бы как проявление пристрастности. Сейчас это обоснование кажется явно ошибочным, и у Мадьяра есть шанс избежать той же ошибки. Более того, его усилия по восстановлению подотчетности не должны ограничиваться предотвращением подрыва усилий по редемократизации со стороны оставшихся приверженцев «Фидес». Учитывая, что его предвыборная кампания была сосредоточена на эндемической коррупции режима Орбана, было бы вполне логично, если бы государственные прокуроры расследовали дела тех, кто неправомерно извлек выгоду из занимаемых должностей, включая самого Орбана.

Что касается борьбы с пережитками прошлого, то в этом отношении суды играют особенно важную роль. Если бы не решения Верховного суда США, лишившие силы положения о дисквалификации Четырнадцатой поправки (единогласно — к позору либеральных судей), а затем лишившие возможности уголовного преследования (несмотря на резкое несогласие либералов), Трамп вступил бы в выборы 2024 года на совершенно иных условиях. Вместо этого эти постановления означали, что Трампу никогда не пришлось бы в открытом суде отвечать за доказательства своего опасного и незаконного подрыва выборов.

Даже если и нельзя было предвидеть конкретные детали этих решений, благоприятных для Трампа, то имелись веские основания для беспокойства по поводу того, как судьи, назначенные президентами-республиканцами (включая трех, назначенных самим Трампом), отнесутся к нарушениям закона со стороны Трампа. Хотя Конституция США ограничивает возможности президента в отношении таких судебных пережитков, столкновение между Франклином Рузвельтом и консервативным Верховным судом по поводу «Нового курса» в 1930-х годах показывает, что возможно.

Рузвельт предложил расширить состав суда, и эта законная, хотя и весьма спорная мера успешно заставила судей отказаться от своего реакционного обструкционизма. Напротив, Байден колебался, назначив обширный комитет для изучения идеи реформы Верховного суда. Результатом, спустя несколько месяцев, стал малоизвестный 200-страничный отчет, который не оказал никакого влияния на общественное мнение.

К счастью, правительство Мадьяра обладает огромным преимуществом в виде двух-трехпроцентного парламентского большинства, способного внести поправки в конституцию. Хотя «Фидес» злоупотребил этой властью, правильным ответом на это является не святое бездействие. Это — выправление курса демократии.

Как и в сегодняшней Венгрии, наступит время, когда США должны будут оставить позади второй срок Трампа и устранить весь ущерб, нанесенный судам и авторитету Министерства юстиции. Наблюдать за тем, что работает, а что нет для Мадьяра, будет поучительно. Если Венгрия может стать образцом для подражания для MAGA, она также может стать полигоном для экспериментов с демократическим обновлением.

Как минимум, Венгрия станет тестовым случаем, который покажет, могут ли уголовные расследования и судебные преследования развеять миф о том, что популистские лидеры выступают от имени «народа». Это может показать нам, лучше ли акцентировать внимание на коррупции в прошлом или сосредоточиться на антидемократическом поведении. Конечно, поскольку у Мадьяра есть больше правовых инструментов для искоренения и реформирования искаженных политических институтов — таких как манипулированная избирательная карта — его опыт не станет для США простым шаблоном. Но, действуя с решимостью искоренить обструкционистов из «Фидес», он может дать важный урок тому, как сторонники либеральной демократии могут защищать свои собственные ценности.

Станет ли падение Орбана поворотным моментом для демократии во всем мире? По мере того как ликование угасает, вероятно, станут очевидны новые трудности. Однако, сталкиваясь с этими вызовами, Венгрия Мадяра предоставляет нам всем важную возможность подумать о том, как лучше всего реформировать и исправить наши собственные политические системы.

Авторские права: Project Syndicate, 2026. www.project-syndicate.org