Преодоление «разрыва в мудрости» ИИ

В недавней статье профессор психологии Северо-Восточного университета Дэвид ДеСтено задал провокационный вопрос: может ли религия сделать ИИ более нравственным? Он утверждал, что религия черпает свою преобразующую силу не из доктрин или священных писаний, а из физических ритуалов, таких как пост, дыхательные практики и совместная молитва. Поскольку ИИ не имеет тела и не способен к состраданию, благодарности или нравственной борьбе, эти механизмы находятся вне его досягаемости.

Этот аргумент, хотя и убедителен, неверно определяет суть проблемы. Конечно, мы не можем сделать ИИ добродетельным так же, как медитирующий монах преображается через духовную практику. Но настоящий вопрос заключается в том, кто определяет ценности, заложенные в системах ИИ, которые формируют то, как миллиарды людей принимают решения, и какие моральные традиции и предположения эти системы в конечном итоге отражают.

Всего за несколько лет ИИ стал неотъемлемой частью повседневной жизни. В глобальном опросе Ipsos 2025 года 53% респондентов заявили, что ИИ уже изменил их жизнь, а две трети ожидают, что в ближайшие годы он изменит общество еще больше.

Растущее влияние ИИ обусловлено тем, что он обучается на основе накопленных знаний, языка и поведения человека. Все чаще эти системы также обучаются посредством моделирования, развивая мощные возможности, которые не поддаются полному объяснению даже для их создателей.

Хотя люди используют ИИ для повышения своей продуктивности, они также начинают полагаться на него, чтобы чувствовать себя замеченными и понятыми. В этом смысле генеративный ИИ вышел за рамки полезности и стал частью интимной сферы, проникнув в эмоциональное пространство, которое когда-то было зарезервировано для человеческих отношений. В частности, среди молодых пользователей чат-боты становятся доверенными лицами, предлагая поддержку и советы. Для некоторых ИИ уже является предпочтительным источником утешения и совета.

Однако сильная зависимость от ИИ-компаньонов несет в себе серьезные риски, поскольку она связана с одиночеством и снижением социальной активности. Основная привлекательность ИИ заключается в том, что, в отличие от человеческих отношений, он предлагает взаимодействие без трений. Со временем возникает опасность того, что это может приучить людей искать отношений, которые ни один человек не сможет поддерживать.

Нечто подобное происходит в сфере морали и духовности, поскольку люди все чаще обращаются к системам ИИ с вопросами о смысле, этике и вере. Многие теперь используют ИИ для обобщения священных текстов, толкования религиозных доктрин и поиска моральных ориентиров.

Проблема заключается не только в регулировании или технических аспектах. Она касается того, как люди понимают самих себя, как они относятся друг к другу и как они отличают добро от зла. На эти вопросы нельзя ответить с помощью одних лишь более совершенных моделей или более строгого соблюдения норм; они требуют суждения, учета контекста и морального воображения. Одним словом, они требуют мудрости.

Именно в этом заключается недостаток аргументации ДеСтено. Ценность религиозных традиций в эпоху ИИ заключается не в их способности придать машинам духовность, а в сохранении многовекового опыта морального рассуждения. Во всех культурах и на всех континентах религиозные общины продолжают играть уникальную роль в формировании морального понимания. Религиозные лидеры остаются одними из самых авторитетных фигур, особенно в моменты этической неопределенности или личного кризиса. Хотя ИИ может имитировать эмпатию, он не может ее чувствовать, и поэтому в такие моменты ему нечего предложить.

В то же время ИИ может играть мощную роль в защите уязвимых людей и укреплении сообществ, если его использовать осторожно и стратегически. Наш совместный опыт в правоохранительной деятельности, защите детей и сообществ, технологиях, политике и межконфессиональном сотрудничестве – в том числе в рамках Межконфессионального альянса за более безопасные сообщества– научил нас, что ИИ может помочь выявлять схемы угроз, сигнализировать о рисках и поддерживать раннее вмешательство.

Однако кропотливую работу по пониманию причин причинения вреда автоматизировать невозможно. Восстановление доверия в сообществах, раздираемых насилием, эксплуатацией или пренебрежением, требует человеческих отношений, морального авторитета и жизненного опыта.

С учетом этого в апреле в Нью-Йорке состоялся первый круглый стол в рамках инициативы «Faith-AI Covenant», на который собрались представители более 15 религиозных общин и ведущих компаний в сфере ИИ, включая OpenAI и Anthropic. Эта инициатива черпает вдохновение в странах, которые стремятся интегрировать этические рамки в развитие ИИ. Главной среди них являются Объединенные Арабские Эмираты, где проживают представители более 200 национальностей и всех основных религий, и которые Microsoft недавно назвала мировым лидером по внедрению ИИ на рабочем месте.

Идея «Завета» проста: поскольку модели ИИ уже влияют на то, как люди думают, взаимодействуют и принимают решения, заложенные в них ценности не могут определяться исключительно техническими процессами. Они также должны опираться на моральные традиции, которые издавна направляют человеческое общество. Цель заключается не в том, чтобы закрепить религиозную доктрину в системах управления, а в том, чтобы обеспечить, чтобы человеческие ценности и социальная ответственность оставались в их центре.

Способствуя сотрудничеству между разработчиками ИИ и религиозными общинами, «Договор о вере и ИИ» стремится соединить техническую архитектуру этих систем с этическими основами обществ, на которые они оказывают все большее влияние. Опираясь на дискуссии между лидерами ИИ и религиозными лидерами со всего мира, его цель – продвигать общие моральные рамки, защищающие достоинство, свободу воли и когнитивную свободу, гарантируя, что эти принципы определяют то, как разрабатываются и внедряются модели ИИ.

Чтобы снизить риск появления неточных или вредных интерпретаций, генерируемых ИИ, инициатива поддерживает создание проверенного, основанного на консенсусе свода религиозных знаний, охватывающего различные традиции и языки. Она также поощряет разработчиков и лидеров религиозных общин к разработке механизмов безопасности, способных выявлять и смягчать такие виды вреда, как эксплуатация, радикализация и манипуляция.
В основе «Договора о вере и ИИ» лежит убеждение, что технологический прогресс и нравственная мудрость религиозных общин не противоречат друг другу. ИИ призван преобразовать все аспекты наших обществ. Вопрос заключается в том, будет ли это преобразование обусловлено исключительно технологическими возможностями или же будет руководствоваться ценностями и личными связями, которые делают нас людьми.

Авторские права: Project Syndicate, 2026. www.project-syndicate.org