У промышленности растёт конкурент

В 2023 году экономисты Чикагского университета Чан-Тай Се и Эстебан Росси-Хансберг опубликовали исследование, из которого следовало, что в сфере услуг в США происходит радикальная трансформация. Выяснилось, что внедрение цифровых технологий и организационные инновации в розничной торговле, ресторанно-гостиничном бизнесе, персональных и медицинских услугах позволили ряду фирм очень сильно повысить производительность, расширив присутствие на локальных рынках, которые ранее обслуживались мелкими, менее эффективными предприятиями. Это была «промышленная революция в сфере услуг».

По мнению Чан-Тай Се и Росси-Хансберга, рост производительности, достигнутый в сфере услуг благодаря этим тенденциям, не находит полного отражения в официальной статистике, хотя даже зарегистрированный рост впечатляет. В период с 2000 по 2024 год производительность труда в США росла среднегодовыми темпами 3% в секторе общественного питания, 2,1% – в гостиничных услугах, 2,9% – в розничной торговле и 4,4% – в оптовой торговле. На фоне промышленности, где рост производительности, по сути, стагнировал на уровне 0,2% в год, успехи сферы услуг выглядят экстраординарно.

Этот результат неожиданен и позитивен. Он неожиданный, потому что традиционно считается, что сфера услуг тормозит рост производительности в экономике (экономисты называют это «болезнью издержек» Баумоля»); и он позитивный, потому что услуги сегодня доминируют в экономической деятельности и обеспечивает основную массу рабочих мест. Рост производительности – это необходимое (хотя и не единственное) условие превращения нестабильных рабочих мест в секторе услуг в хорошие рабочие места, которые нужны для инклюзивного процветания.

Более того, революция в сфере услуг является, судя по всему, глобальным феноменом, который наблюдается уже и в развивающихся странах. Экономисты и политики спорят о том, может ли индустриализация и сейчас играть традиционную роль стимулирования роста экономики в нынешних глобальных и технологических условиях, а тем временем сфера услуг незаметно превратилась в мотор экономического развития во всём мире.

В дискуссиях о сфере услуг в контексте роста экономики развивающихся стран внимание обычно сосредоточено на торгуемых отраслях, которые требуют работников с высокой квалификацией, включая информационные технологии, бизнес-процессы, финансовые услуги. Но сама природа подобных услуг такова, что они не очень подходят для стран с низкими доходами. Они способны привлечь лишь малую часть рабочей силы – таким же недостатком (с точки зрения развития) страдает и современная промышленность.

Нынешняя революция происходит в гораздо менее гламурных, но более значимых видах услуг: рестораны, доставка, такси, продуктовые магазины, выполнение индивидуальных заказов и даже уход за людьми. Как показывают новые исследования, расширение сектора услуг для среднего класса стало важным мотором экономического роста в Индии, в странах Африки южнее Сахары и в Латинской Америке.

Например, успехи Индии в IT-отрасли и в аутсорсинге бизнес-процессов, конечно, важны для выпускников технологических институтов страны. Но огромное большинство менее образованных работников получает выгоды от расширения сектора так называемых «потребительских услуг, предлагаемых на местных рынках» (это формулировка йельских экономистов Тяньюя Фаня, Михаэля Петерса, Фабрицио Зилиботти).

В докладе, опубликованном Международным валютным фондом в ноябре 2025 года, отмечается, что предельная производительность труда в секторе услуг в Индии сегодня превышает аналогичный показатель промышленности, что отчасти объясняется стагнацией производительности в промышленности в последние годы. Если это действительно так, это означает, что переход работников из промышленности в сектор услуг приведёт к увеличению совокупного дохода Индии.

Промышленные компании, конечно, могут не создавать много рабочих мест напрямую, но зато косвенно влиять на экономику благодаря связям с другими фирмами и часто возникающему мультипликативному эффекту. Этот аргумент обычно приводят для опровержения идеи, что сфера услуг может дать жизнеспособную модель развития. Однако современные методы организации глобальных производственных цепочек практически гарантируют пренебрежимо малый мультипликативный эффект для экспортно-ориентированных промышленных отраслей. Поскольку почти все промежуточные и капитальные ресурсы импортируются, внутри страны создаётся лишь крошечная часть общей добавленной стоимости, а любый обратный мультипликативный эффект стараются свести к минимуму.

Напротив, обновлённые предприятия сферы услуг открывают массу возможностей для налаживания связей. Например, сети дискаунтеров обычно работают с собственной торговой маркой, а значит, предлагают в основном товары местного производства. В Колумбии розничные сети D1 и Ara опираются почти исключительно на локальных производителей. Они сотрудничают с сотнями местных поставщиков бакалейной и пищевой продукции, открывая перед ними возможность масштабного роста и доступ к более крупным рынкам. Важно, что такие производственные цепочки способствуют технологической модернизации в сфере упаковки, отслеживания товаров, холодильных цепей, а также ужесточению контроля за стандартами качества. Доказано, что они увеличивают официальную занятость в промышленности и сельском хозяйстве на несколько процентных пунктов, причём без негативного влияния на занятость в целом.

В неопубликованной работе Викто Сильвы, приглашенного учёного в Центре международного развития при Гарвардском университете, фиксируется схожее явление у служб доставки еды в Бразилии, в частности, у платформы iFood, которая обслуживает 400 тысяч ресторанов всех размеров. Помимо доставки еды, она предоставляет заведениям общепита инструменты для управления финансами, логистикой, обслуживанием и для анализа рынка, что помогает повысить производительность во всём секторе.

Как показывают все эти данные, потенциал для повышения производительности в секторе трудоёмких услуг реален и значителен. Впрочем, есть риск, что выгоды присвоят себе работодатели, особенно крупные сети и платформы, которые могут применять рыночную силу в отношениях с сотрудниками, клиентами и поставщиками. В США водители Uber или работники складов Amazon не ощущают значимого роста зарплат и улучшения условий труда, несмотря на сильный прирост производительности, демонстрируемый этими платформами.

Это похоже на ситуацию на ранних этапах развития промышленных отраслей. Чтобы распределить шире выгоды от повышения производительности, корпорациям должна противостоять уравновешивающая сила. Антимонопольная политика, регулирование, усиление голоса работников – всё это будет так же важно в сфере услуг, как было в промышленности. Без увеличения производительности труда требования повысить трудовые стандарты начнут противоречить общей ситуации с занятостью. Но если революция производительность в сфере услуг продолжится, она поможет как развитым, так и развивающимся странам избежать этого жестокого выбора.

Copyright: Project Syndicate, 2026. www.project-syndicate.org

Иллюстрация на обложке сгенерирована с помощью ИИ