Зависимость Казахстана от импорта из России показывает взрывной рост 

Казахстан наращивает торговлю с соседями, но за растущими миллиардами скрывается противоречивая картина. В Центральной Азии страна продаёт значительно больше, чем покупает, тогда как в Евразийском экономическом союзе импорт растёт, а экспорт практически стоит на месте. При этом Казахстан по-прежнему зарабатывает преимущественно на сырье и металлах, закупая за рубежом машины, оборудование и готовую продукцию. К чему ведет такая модель торговли и как она влияет на развитие отечественной промышленности – разбирался Exclusive.kz.

По итогам 2025 года товарооборот Казахстана со странами СНГ составил $38,4 млрд – около четверти всей внешней торговли страны, достигшей $143,9 млрд. Однако внушительные суммы ещё не свидетельствуют об укреплении экономических позиций. Гораздо важнее, какие товары Казахстан продаёт соседям, что закупает у них и насколько успешно отечественные производители используют возможности регионального рынка.

В 2026 году торговля со странами СНГ заметно ускорилась. За семь месяцев оборот достиг $23,05 млрд, увеличившись на 10,4%. Экспорт вырос на 10,2%, до $9,53 млрд, импорт – на 10,8%, до $13,54 млрд. В результате Казахстан закупил у партнёров примерно на $4 млрд больше товаров, чем продал им.

На фоне общей внешнеторговой динамики этот дисбаланс особенно заметен. За тот же период весь казахстанский экспорт увеличился на 15,8%, тогда как импорт – лишь на 4,3%. Получается, что экспорт в СНГ растёт медленнее общего, а импорт из стран Содружества – примерно в 2,5 раза быстрее. На СНГ приходится около 19% казахстанского экспорта и почти 37% импорта.

В целом внешняя торговля страны демонстрирует более благоприятные результаты. За восемь месяцев 2026 года товарооборот увеличился на 12,8%, до $102,96 млрд, экспорт вырос на 19,5%, до $60,4 млрд, а импорт – на 4,5%, до $42,6 млрд. Положительное сальдо достигло примерно $17,8 млрд. Впрочем, отчасти такое ускорение связано с низкой базой: за аналогичный период 2025 года экспорт сокращался на 5,7%.

ЕАЭС: импорт растёт, экспорт стоит на месте

Наиболее выраженный торговый дисбаланс складывается внутри Евразийского экономического союза. В 2025 году Казахстан наторговал с партнёрами по ЕАЭС на $30,9 млрд. При этом экспорт сократился на 8,3%, до $10,1 млрд, а импорт увеличился на 4,4%, до $20,8 млрд. Таким образом, закупки более чем вдвое превысили продажи.

В 2026 году тенденция усилилась. За восемь месяцев товарооборот вырос на 7,3%, до $21 млрд, но казахстанский экспорт практически не изменился, составив $6,6 млрд. Зато импорт увеличился на 11,2%, до $14,4 млрд. Торговый дефицит превысил $7,7 млрд. Фактически рост взаимной торговли обеспечивается преимущественно увеличением поставок в Казахстан, а не расширением продаж отечественной продукции.

Главную роль в этих отношениях играет Россия, на которую приходится 87,3% казахстанского товарооборота с ЕАЭС. Доли Кыргызстана и Беларуси составляют соответственно 8,3% и 4%.

В 2025 году Казахстан экспортировал в Россию товаров на $8,14 млрд, что на 14,8% меньше предыдущего года. Одновременно импорт увеличился на 3,5%, до $19,2 млрд. В первом квартале 2026 года российские поставки выросли уже на 28,5%, а взаимный оборот – на 16,1%, до $6,46 млрд. За первое полугодие Казахстан продал России товаров на $3,49 млрд, закупив на $9,74 млрд. Дефицит составил около $6,25 млрд.

Не менее показателен товарный состав этой торговли. Казахстан поставляет в Россию преимущественно металлургическую продукцию и сырьё. В первом квартале среди крупнейших экспортных позиций были горячекатаный прокат на $131,8 млн, железные руды на $77,8 млн, а также другие виды проката, соединения алюминия, уголь и цинк. Значительную роль играет уран: в 2025 году его экспорт принёс $1,2 млрд, или 14,7% всех казахстанских поставок в Россию. При этом за первое полугодие 2026 года физический объём экспорта угля сократился на 13%, до 7,3 млн тонн.

Из России Казахстан ввозит топливо, зерно, сахар, кондитерские изделия, руды драгоценных металлов и вагоны. В 2026 году заметно увеличились закупки природного газа. Исключением стал автомобильный рынок: после повышения утилизационного сбора поставки российских легковых машин в июне упали почти до нуля. Однако сокращение импорта из одной страны не обязательно означает развитие собственного производства – иностранные автомобили могут просто поступать от других поставщиков.

Рынок, на котором Казахстан зарабатывает

Совершенно иная картина складывается в торговле с центральноазиатскими соседями. Здесь Казахстан выступает преимущественно продавцом, причём экспорт существенно превышает импорт.

В первом полугодии 2026 года Узбекистан стал шестым крупнейшим торговым партнёром Казахстана. При обороте $2,81 млрд казахстанский экспорт составил $2,14 млрд, а импорт – $675 млн. Положительное сальдо приблизилось к $1,5 млрд.

С Кыргызстаном товарооборот достиг $1,28 млрд, из которых $906 млн пришлось на казахстанские поставки и $369 млн – на импорт. В торговле с Таджикистаном разрыв ещё заметнее: при обороте $738 млн Казахстан продал почти в 11 раз больше товаров, чем закупил. За семь месяцев взаимная торговля с этой страной выросла на 25%, до $855 млн.

В целом четыре страны Центральной Азии обеспечивают Казахстану около $5,1 млрд товарооборота и $2,66 млрд положительного сальдо. Это подтверждает значение соседних рынков для отечественных производителей. Однако и здесь структура экспорта остаётся преимущественно традиционной.

Так, в первом квартале поставки химической продукции в Кыргызстан выросли на 28,1%. Существенную роль также играют минеральные продукты и топливо. В отношениях с Узбекистаном заметное место занимает аграрный сектор: за восемь месяцев 2025 года взаимная торговля продукцией АПК увеличилась на 27,6%, до $1,3 млрд.

Таким образом, Центральная Азия действительно служит рынком сбыта для Казахстана. Но положительное торговое сальдо пока обеспечивается главным образом сырьём, продуктами питания, химической и металлургической продукцией, а не сложными промышленными товарами.

Что продаём миру и от чего зависим

Главная уязвимость казахстанской внешней торговли проявляется в её товарной структуре. За восемь месяцев 2026 года на сырую нефть и нефтепродукты пришлось 49,8% всего экспорта. Ещё 6,4% обеспечила рафинированная медь, 5,1% – радиоактивные элементы и изотопы, 4,4% – медные руды, 2,2% – ферросплавы.

В первом полугодии нефтяная доля снизилась с 52,9% до 46,5%, но по итогам восьми месяцев вновь приблизилась к половине экспортной выручки. Поэтому говорить о существенном ослаблении сырьевой зависимости пока преждевременно.

Импорт имеет принципиально другую структуру. Казахстан закупает автомобили, телефоны, лекарства, газ и электрогенераторные установки. По оценке Союза машиностроителей, на машиностроительную продукцию приходится около 44% импорта. Евразийский банк развития также указывает на высокую зависимость страны от иностранных машин, оборудования, электротехники, фармацевтической и химической продукции.

При этом импорт сосредоточен преимущественно в двух направлениях. Россия обеспечивает 31% поставок, Китай – 29,8%, обеспечивая львиную долю импорта. Доли Германии, США, Южной Кореи и Турции значительно скромнее – 4,6%, 3,9%, 2,5% и 2,1% соответственно. В отдельных категориях зависимость от Китая ещё выше: его доля в импорте многих видов электроники превышает 50%, а компьютеров – достигает 84,9%.

Отдельный вопрос – реэкспорт. За год отношение экспорта телефонных аппаратов к их импорту увеличилось с 8,1% до 26,7%. Такая динамика может свидетельствовать об усилении перепродажи импортной продукции за рубеж, хотя без дополнительных данных определить масштабы реэкспорта невозможно.

Получается, что Казахстан по-прежнему зарабатывает на продаже сырья и металлов, а значительную часть промышленной продукции приобретает за границей. Сам по себе импорт оборудования не является проблемой, поскольку может способствовать модернизации экономики. Однако его масштаб в сочетании с сырьевой структурой экспорта показывает, насколько ограниченными остаются результаты диверсификации.

Рост без технологического прорыва?

На этом фоне статистика несырьевого экспорта выглядит обнадёживающе. По данным Министерства торговли, в первом полугодии 2026 года экспорт несырьевых и обработанных товаров увеличился на 17,6%, до $15,2 млрд, тогда как импорт таких товаров вырос лишь на 3%.

Национальный банк приводит другой показатель: за семь месяцев несырьевой экспорт составил $18,6 млрд, увеличившись на 19,5%. Это около 37% общего экспорта. Крупнейшими рынками стали Китай ($4,44 млрд), Россия ($3,73 млрд), Турция ($2,31 млрд), Узбекистан ($1,63 млрд) и Кыргызстан ($1 млрд). За пять лет экспорт продукции высокой степени переработки вырос в 2,4 раза – с $4,68 млрд до $11,1 млрд.

Однако за впечатляющими темпами скрываются методологические и структурные вопросы. В частности, в официальных оценках встречается и показатель около $12 млрд несырьевого экспорта за полугодие. Без уточнения различий в методиках эти цифры нельзя напрямую сопоставлять.

Кроме того, значительную часть продукции, относимой к высокой степени переработки, составляют металлургические и химические товары. Их экспорт важен для экономики, но не равнозначен развитию высокотехнологичного производства.

Похожая ситуация наблюдается в сельском хозяйстве. Аграрный экспорт вырос на 34,8%, до $5 млрд, однако основными драйверами стали пшеница, подсолнечное масло, корма и семена льна. Это свидетельствует об увеличении поставок традиционной аграрной продукции, а не о масштабном переходе к более сложной переработке.

Впрочем, признаки развития собственного производства тоже есть. За первое полугодие обрабатывающая промышленность выросла на 9,8%, достигнув 16 трлн тенге. В стране начат выпуск балок ведущих мостов, элементов кузовов автобусов, блоков цилиндров и бытовой техники. Сократился импорт отдельных видов резиновых и пластмассовых изделий, одежды, текстиля и автомобилей.

Но пока неясно, насколько глубока локализация новых производств и какую долю импортных компонентов они способны заменить. Именно от этого во многом зависит, превратится ли рост обрабатывающей промышленности в устойчивое снижение зависимости от зарубежных поставок.

Региональная торговля Казахстана развивается по двум разным моделям. В Центральной Азии страна преимущественно продаёт и получает положительное торговое сальдо. В ЕАЭС, особенно в отношениях с Россией, ситуация обратная: импорт существенно превышает экспорт, а разрыв продолжает увеличиваться.

Сам по себе торговый дефицит не означает невыгодности экономических отношений. Однако сочетание растущего импорта, сырьевой структуры экспорта и ограниченного присутствия сложной казахстанской продукции на соседних рынках ставит вопрос об эффективности региональной интеграции для отечественной промышленности.

Рост несырьевого экспорта и появление новых производств свидетельствуют о положительных изменениях. Но для качественного перелома недостаточно увеличивать продажи металлов, химической продукции и продовольствия. Необходимо расширять экспорт машин, электротехники и других товаров с более высокой добавленной стоимостью, одновременно углубляя локализацию производства.

Пока Казахстан успешно использует одни соседние рынки для продажи своей продукции, но остаётся крупным покупателем товаров на других. И главный показатель эффективности торговли здесь не количество миллиардов в статистических отчётах, а то, насколько эти миллиарды помогают стране развивать собственную промышленность и менять своё место в региональной экономике.

Иллюстрация на обложке сгенерирована с помощью ИИ