«Американская мечта» Мамдани

Тезис Фрэнсиса Фукуямы о «конце истории», выдвинутый в 1990-е годы, стал последней крупной идеологической концепцией, объединившей либерально-демократический Запад. Он утверждал, что западный либерально-демократический капитализм с государством всеобщего благосостояния является наилучшей из возможных социальных систем. Оставался лишь один эмпирический вопрос: когда именно и каким образом другие части мира придут к той же модели?

Эта концепция распалась после 2001 года, и мы постепенно вступили в эпоху жестокого прагматизма. Единственную последовательную нарративную линию предложили сторонники Трампа и европейские расистские националисты: развитый христианский Запад – это историческое исключение, богатая, свободолюбивая цивилизация, чье выживание находится под постоянной угрозой со стороны иммигрантов, «культурных марксистов», сторонников ЛГБТ+ и европейцев, винящих в проблемах самих себя.

Конечно, «просвещенная» версия, которую отвергают националисты, еще более ограничена в своей привлекательности, чем их собственная. Она сосредоточена на единственном расистском/сексистском враге и даже не пытается мобилизовать большинство, поскольку стремится возвысить отдельные группы, такие как трансгендеры, до образцового статуса угнетенных. Поскольку большинство людей не являются трансгендерами, эта нарративная линия предлагает большинству лишь чувство вины, а не привлекательное для широких слоев населения позитивное видение будущего.

Но с подъёмом так называемых демократических социалистов в Соединённых Штатах появилось нечто новое. В речи, приуроченной к 250-летию Декларации независимости, один из их ведущих представителей, мэр Нью-Йорка Зоран Мамдани, предложил радикально иную концепцию того, чем являются и чем могли бы стать США. Мамдани завоевал свой пост не благодаря продвижению академического «просвещенного» пуризма, а благодаря тому, что сосредоточился на местных проблемах и интересах малообеспеченных слоев населения, призывая к введению бесплатного ухода за детьми и автобусного транспорта, регулированию арендной платы и доступности медицинских услуг. А в своей речи 4 июля он перенес свою политику на глобальный уровень:

«Нам говорят, что Америка исключительна, потому что мы богаче, сильнее и могущественнее всех остальных… Правда же, друзья мои, заключается в том, что Америка исключительна потому, что здесь ничто не закреплено раз и навсегда. Возможно, граница уже закрыта, возможно, мы побывали на Луне, но работа по воплощению в жизнь ценностей, впервые закрепленных в Декларации независимости, – эта работа продолжается, друзья мои, и она принадлежит нам всем. Она принадлежит и нашим новым американцам, тем, кто стоит здесь сегодня рядом со мной, – всем тем, кто недавно получил гражданство. Почти десять лет назад я тоже испытал то, что чувствуете вы – радость от того, что я больше не просто житель Нью-Йорка, но и американец. У каждого из вас есть особая сила. Сила определять, что значит «Америка».

Взгляды Мамдани, конечно же, носят идеологический характер. Они представляют собой упрощённую картину, а не неприкрашенную правду. Самое главное, что они прямо бросают вызов популистской риторике, о чём свидетельствуют истерические нападки правых на Мамдани. В своей речи 4 июля президент Дональд Трамп явно имел в виду мэра Нью-Йорка, когда, искажая историю, заявил: «Коммунизм – смертельная угроза американской свободе. Это величайшая угроза для нашей страны, включая Первую мировую войну, Вторую мировую войну, Перл-Харбор и даже 11 сентября».

Но не менее примечательно и то, что Мамдани также подвергся критике со стороны некоторых радикальных левых. В ответ на его похвалу Декларации независимости и Конституции США журнал «Jacobin» опубликовал комментарий под заголовком: «Сжечь Конституцию ещё раз». Как пояснялось в подзаголовке: «Конституция не остановила Трампа – она сделала его правление возможным».

В таких аргументах, очевидно, есть доля правды. Как показывают «Федералистские статьи», главной заботой отцов-основателей было ограничить влияние народа. Именно поэтому в Конституции были закреплены Коллегия выборщиков и другие институциональные препятствия для политического большинства.

Основатели Америки были олигархической элитой своего времени. Джордж Вашингтон был одним из самых богатых людей в колониях. На первых нескольких выборах после основания страны голосовала лишь небольшая часть граждан. Конституция – документ, явно пронизанный духом WASP (белых англосаксонских протестантов), – защищала рабство. Даже ирландские американцы долгое время были лишены доступа к ответственным должностям в государственной администрации.

Однако для определённого вида левых даже Франкфуртская школа была реакционным заговором. Доминирующая правая популистская риторика возлагает вину за идеологию «пробуждения» на Антонио Грамши и особенно на Герберта Маркузе и Теодора Адорно. В то же время некоторые представители левых кругов, такие как философ из Университета Вилланова Габриэль Рокхилл, отвергают западный культурный марксизм как поддерживаемое ЦРУ антикоммунистическое движение, призванное дискредитировать «реально существующий социализм». В обоих случаях следует прислушаться к замечанию Жан-Поля Сартра о том, что текст, подвергающийся нападкам с обеих сторон – будь то Конституция США или «Одномерный человек»— вероятно, находится на правильном пути.

В этом контексте выступление Мамдани стало прекрасным примером идеологии в положительном смысле этого слова. Оно опровергло правое представление о США как о бастионе элиты, которому угрожают посторонние, и вместо этого представило страну как место, достаточно сильное, чтобы принимать и давать шанс бедным, эксплуатируемым и угнетенным людям всего мира. Мамдани рассматривает ту самую черту, которую правые популисты воспринимают как угрозу американской идентичности – открытость по отношению к пришельцам – как источник американской исключительности. США являются ярким символом надежды, поскольку дают поколению за поколением иммигрантов шанс добиться успеха.

Некоторые левые, конечно, утверждают, что эта мечта – ложь, что угнетение низших классов, расовых меньшинств и новоприбывших никогда не прекращалось. Но выдвигать такое обвинение – все равно что стрелять холостыми: оно не имеет никакой силы, кроме как подпитывать ту форму самокритики, которая ни к чему не ведет. Возможно, видение Мамдани не отражает полную, неприкрашенную правду, но оно более правдиво, чем альтернатива в духе Трампа, и обладает потенциалом мобилизовать миллионы – как это уже произошло после его избрания.

В этом и заключается гениальность Мамдани. Он сделал бедных и уставших новоприбывших единственными подлинными носителями «американской мечты». Трамповские популисты – это примитивные провинциалы и довольные рабы мегакорпораций. Сегодня именно демократические социалисты воплощают освободительную суть «американской мечты». Именно они – истинные американские патриоты.

Авторские права: Project Syndicate, 2026. www.project-syndicate.org