Может ли расследование демократов в Конгрессе «похоронить» американский проект в Казахстане?

Победа Демократической партии на промежуточных выборах в США 3 ноября 2026 года создала для администрации Дональда Трампа новую политическую реальность. Впервые за время второго президентского срока мистера Трампа республиканские «слоны» отдали обе палаты Конгресса переходят под контроль демократических «ослов». И последние уже объявили о намерении использовать новые полномочия для расследования деловых интересов президентской семьи, её инвестиционных партнёров и компаний, получавших государственную поддержку.

Один из кейсов, который может оказаться в центре внимания демократического большинства Конгресса, является соглашение о разработке казахстанских месторождений вольфрама Северный Катпар и Верхние Кайракты. В проекте участвуют американская Cove Kaz Capital, государственная компания Tau-Ken Samruk, а также инвестиционные структуры, связанные с Дональдом Трампом-младшим и Эриком Трампом.

Ситуация осложняется тем, что американская администрация не просто поддержала приход Cove Kaz в Казахстан, но и содействовала продвижению проекта на высшем политическом уровне. Американские государственные финансовые институты, в свою очередь, обозначили потенциальную поддержку на сумму до $1,6 млрд.

Теперь возникает не самый приятный для всех участников большой вольфрамовой сделки вопрос: может ли расследование, инициированное «заклятыми друзьями» президента Трампа (которое они, скорее всего, начнут уже с января будущего года), привести к замораживанию финансирования, пересмотру соглашений или даже отказу от проекта? И самый главный повод для беспокойства Астаны: какие последствия, кроме потери миллиардных заокеанских инвестиций, это будет иметь для Казахстана?

Вспомним, как все начиналось

Американская инвестиционная группа Cove Capital под руководством Пини Альтхауса в 2023 году – ещё до возвращения Дональда Трампа в Белый дом – начала контактировать с казахстанскими oficials на тему участия в разработке месторождений критических минералов. Однако прорыв случился лишь осенью 2025 года – после того, как к делке проявили интерес дети президента США – Дональд-младший и Эрик Трампы..

22 сентября на встрече в Нью-Йорке Касым-Жомарт Токаев и Дональд Трамп обсуждали возможность передачи контролируемой ими американской компании доступа к казахстанским запасам вольфрама. По сведениям американских медиа, в продвижении сделки участвовали министр торговли США Говард Латник и другие представители трамповской администрации. Особое значение имело письмо Латника казахстанскому президенту, в котором глава американского Министерства торговли выражал поддержку Cove Kaz.

6 ноября 2025 года, на полях саммита C5+1 в Вашингтоне, стороны официально объявили о достижении договорённости.

По условиям сделки, американская Cove Kaz получила 70% в совместном предприятии Severniy Katpar LLP, а казахстанская Tau-Ken Samruk 30%.

Американцы обязались инвестировать не менее $1,1 млрд в разработку месторождений и создание перерабатывающих мощностей. Предполагается организация полного производственного цикла, включая выпуск паравольфрамата аммония – продукции с более высокой добавленной стоимостью.

В феврале 2026 года стороны подписали окончательные транзакционные документы – соглашение о приобретении доли и акционерное соглашение.

Таким образом, речь идёт уже не о предварительном меморандуме о намерениях, а о юридически оформленном инвестиционном проекте.

Как в сделке появились сыновья Трампа

Самая политически чувствительная часть истории связана с инвестициями Дональда Трампа-младшего и Эрика Трампа.

Оба сына американского президента инвестировали в Skyline Builders Group Holding – компанию, акции которой обращаются на Nasdaq. В финансовых операциях Skyline участвовали структуры, связанные с Dominari Holdings и American Ventures – не чужими для детей американского президента.

В ноябре 2025 года Skyline договорилась о приобретении приблизительно 20% Kaz Resources – структуры, связанной с развитием критических минеральных проектов Cove Capital.

Здесь необходима важная оговорка: опубликованные расследования не установили, что сыновья Трампа непосредственно участвовали в переговорах о передаче месторождений или повлияли на решение казахстанских властей. По заявлениям представителей семьи, их инвестиции носили пассивный характер. Однако, стремительность заключения «вольфрамовой сделки» косвенно свидетельствует о высочайшей заинтересованности в ней американского президента.

22 сентября 2025 года Трамп обсуждал с Токаевым вольфрамовый проект. 28 октября его сыновья увеличили инвестиции в Skyline. 31 октября Skyline договорилась о приобретении доли в Kaz Resources. 6 ноября было официально объявлено о соглашении Казахстана с Cove Capital.

Да и американские медиа вкупе с политиками постоянно возвращались к «семейному проекту» американского президента в далеком Казахстане.

За чей счет банкет?

– вот вопрос, не дававший покоя журналистам и политикамна Капитолийском холме.

В июне 2026 Файненшнл таймс опубликовала масштабное расследование, в котором подробно описала участие семьи Трампа в сделках с компаниями, получавшими государственную поддержку в сфере критических минералов.

Среди американских политиков, проявивших живой интерес к этой истории, – сенатор-демократ Элизабет Уоррен, известная своей критикой возможных конфликтов интересов в деятельности администрации Трампа. В июле 2026 года она потребовала от администрации США объяснений относительно потенциального финансирования казахстанского вольфрамового проекта и инвестиционных связей семьи президента.

В конце июля сенаторы Ричард Блюменталь, Адам Шифф и Элизабет Уоррен также направили запросы по поводу государственных средств, которые могут направляться компаниям, связанным с семьями Трампа и Говарда Латника.

Отдельно организация Citizens for Responsibility and Ethics in Washington (CREW) запросила документы у Министерства торговли, EXIM и DFC, касающиеся коммуникаций между чиновниками, инвестиционными структурами и участниками горнодобывающих проектов.

Трамп им враг, но вольфрам дороже

Договорные отношения между Tau-Ken Samruk и Cove Kaz оформлены юридически. Конгресс не имеет полномочий отменить коммерческий контракт между двумя компаниями. Другой вопрос, допустят ли законодатели США финансирование фактически семейного проекта Трампов из карманов американских налогоплательщиков?

Для проекта заявлены два потенциальных источника государственного финансирования. Экспортно-импортный банк США (EXIM) должен выделить до $900 млн., а Корпорация международного финансирования развития США (DFC) – до $700 млн. Суммарно речь идёт о нешуточных $1,6 млрд из федеральной казны.

Если выяснится, что чиновники администрации США продвигали проект в интересах частных инвесторов, то возникнет необходимость дополнительной проверки решений EXIM и DFC. Даже при отсутствии доказанного нарушения закона руководители этих институтов могут предпочесть отложить решение до завершения проверки.

Для проекта стоимостью более миллиарда долларов задержка финансирования способна оказаться не менее болезненной, чем прямой отказ. Даже если американские государственные институты не откажутся от проекта де юре, его практическое воплощение может оказаться под большим вопросом…

Однако, есть обстоятельство, способное если не свести на «нет», то существенно смягчить последствия активности демократов – во всяком случае, для казахстанской стороны «сделки века».

Вольфрам является стратегическим сырьём для американской промышленности и оборонного комплекса. Он применяется при производстве высокопрочных сплавов, бронебойных боеприпасов, авиационных и ракетных компонентов.

США заинтересованы в сокращении зависимости от китайских поставок. Китай занимает доминирующее положение на мировом рынке вольфрама и использует экспортные ограничения как инструмент экономической политики. В ноябре 2025 года Reuters отмечало, что США фактически не получали первичный вольфрам с 2015 года.

На этом фоне казахстанские месторождения представляют для Вашингтона стратегическую ценность независимо от того, кто занимает Белый дом. Ведь по экспертным оценкам, совокупная расчетная производительность Северного Катпара и Верхних Кайрактов достигает 12 тысяч тонн в год. Это около 15% мировой добычи вольфрама!

Вот почему демократы могут поддержать саму идею создания казахстанской альтернативы практически стопроцентной зависимости от Китая – с семейством Трампа или без него.

Чем дело кончится?

На нынешнем этапе можно выделить три возможных сценария.

Первый – парламентскоерасследование будет проведено без остановки проекта. Демократы запросят документы, проведут слушания и проверят действия американских чиновников. EXIM и DFC продолжат рассмотрение заявок, а Cove Kaz сохранит возможность привлечения капитала.

В этом случае проект имеет шанс продвинуться – пусть с задержками, вызванными дополнительными требованиями к раскрытию информации.

Второй – замораживание американского финансирования. Если расследование выявит серьёзные вопросы к процедурам предоставления государственной поддержки, EXIM и DFC могут отложить принятие окончательных решений об открытии финансирования. Это может привести к переносу сроков разработки месторождений и пересмотру инвестиционной программы – вплоть до полной отмены.

Для Казахстана это наиболее ощутимый экономический риск.

Третий возможный сценарий во многом схож со вторым. Если политические и юридические риски для инвесторов станут слишком высокими, Cove Kaz может изменить состав акционеров, привлечь новых партнёров или пересмотреть условия финансирования.

В таком случае разработка месторождений теоретически может продолжиться, но первоначальная модель сделки с участием структур, связанных с семьёй Трампа, изменится.

Это не обязательно будет означать окончательный отказ США от казахстанского вольфрамового проекта, но существенно замедлит и усложнит его практическую реализацию – со всеми вытекающими финансовыми и репутационными издержками для всех участников «великой сделки» – как для Республики Казахстан, так и для «фирмы» «Трамп и сыновья».

Иллюстрация на обложке сгенерирована с помощью ИИ