Народные избранники: почему 134 депутата спрятали свои доходы от народа

Весь прошлый год с трибуны Парламента граждан Казахстана настойчиво убеждали в том, что «честному человеку скрывать от государства абсолютно нечего». Мы наблюдали за тем, как фискальные органы буквально потрошили мобильные переводы таксистов, репетиторов и владельцев мелких магазинов у дома, заявляя, что это они воруют у государства деньги. Exclusive.kz решил выяснить, оказались ли готовы сами народные избранники продемонстрировать обществу ту же кристальную честность, которую они так рьяно насаждали среди населения. Но, судя по всему, чужие карманы депутатам изучать гораздо приятнее, чем открывать собственные.

Процесс внедрения всеобщего декларирования доходов в Казахстане изначально продвигался как главный антикоррупционный щит, способный остановить незаконное обогащение элиты. В законе «О противодействии коррупции» ещё с 2015 года черным по белому была прописана норма о том, что политические служащие, судьи и депутаты Парламента обязаны публично раскрывать сведения о своих финансах. Общество обоснованно рассчитывало увидеть в отчётах реальную картину: наличие зарубежной недвижимости, счета в иностранных банках, доли в крупном бизнесе и люксовые автомобили, оформленные на вторых половин.

Власти годами кормили население обещаниями, утверждая, что кошельки высокопоставленных лиц откроются сразу, как только система охватит всю страну. Однако в самый ответственный момент, когда реформа должна была заработать в полную силу, правила игры подверглись тотальной кастрации.

Буквально за день до Нового года, 30 декабря 2025 года, Агентство по делам государственной службы (АДГС) совместно с министерством финансов издало тихий ведомственный приказ, который полностью уничтожил саму идею гражданского аудита. Руководители ведомств фактически развернули рубильник секретности в противоположную сторону, полностью переписав перечень сведений, доступных для публикации.

Из финальных отчетов, предназначенных для публичного пространства, одним росчерком пера вырезали информацию о покупке и продаже имущества, данные о счетах в иностранных финансовых институтах, сведения о ценных бумагах и долях участия в коммерческих компаниях.

Самое поразительное, что государственные органы попытались оправдать этот шаг «заботой о правах человека», сославшись на Конституционный суд. По версии чиновников, право высокопоставленного управленца на финансовую приватность оказалось гораздо весомее, чем право общества знать, на какие средства эта элита существует.

В итоге вместо полноценных финансовых досье общественности швырнули оскорбительную отписку, состоящую всего из трех строчек: фамилия, налоговый период и одна общая сумма дохода. Узнать, из каких источников сформирован этот капитал и на что именно тратятся деньги, стало юридически невозможно.

Депутаты Мажилиса и Сената, которые по своему статусу обязаны контролировать исполнительную власть, приняли эти новые правила игры без малейшего сопротивления. Парламент уходящего созыва проявил абсолютную солидарность с правительством, послушно согласившись спрятать свои кошельки в тень.

Цифровой лабиринт: квест, который никто не должен пройти

Помимо юридического уничтожения прозрачности, Парламент применил продвинутые методы саботажа, чтобы максимально затруднить журналистам и общественным активистам доступ даже к крохам информации. На официальных интернет-ресурсах Мажилиса и Сената вы не найдете единых, понятных разделов под названием «Декларации». Поиск по этому ключевому слову по их сайтам выдаёт предсказуемый ноль результатов, поскольку сам термин был умышленно стёрт из структуры и заменён на тяжеловесный бюрократический эвфемизм «Сведения, подлежащие опубликованию».

Чтобы провести аудит, журналисту Exclusive.kz пришлось пройти издевательский четырёхуровневый квест. Сначала на сайте нижней палаты парламента необходимо зайти в раздел «Структура мажилиса», затем отыскать там вкладку «Депутаты Мажилиса VIII созыва», после чего вручную открывать персональную карточку каждого из 97 народных избранников. Внутри этой карточки нужно пролистать страницу до самого низа, найти неприметную плашку меню «Сведения, подлежащие опубликованию», кликнуть по ней и нажать кнопку «Скачать файл».

Самый циничный элемент этой системы заключается в том, что кнопка скачивания активна абсолютно у всех депутатов, однако в 95% случаев внутри скачанного документа пользователя ждёт издевательский шаблонный текст:

«Согласно Перечню сведений, подлежащих опубликованию (приложение к приказу Председателя Агентства Республики Казахстан по противодействию коррупции от 7 февраля 2025 года № 26), у физического лица отсутствуют сведения о доходах за 2024 год, подлежащих налогообложению самостоятельно. В связи с этим опубликование сведений не осуществлено».

Для сравнения, Акорда продемонстрировала совершенно иной уровень уважения к гражданам: на их сайте в главном меню присутствует прямой пункт «Администрация Президента» с разделом «Сведения о декларациях», где в два клика можно открыть консолидированный документ по сотрудникам политического аппарата.

Руководство Парламента же предпочло заставить исследователей сделать более 400 кликов и прочитать сотни одинаковых пустых файлов, преследуя одну цель – измотать любого, кто попытается составить общую финансовую картину. Это доказывает, что сокрытие информации было спланированным.

Хит-парад депутатских аномалий: полмиллиарда против сорока тысяч

Результаты ручного сбора данных, проведённого журналистом Exclusive.kz, выглядят удручающе. Из 97 депутатов Мажилиса свои отчеты хотя бы в усеченном, формальном виде вывесили только 5 человек, что составляет всего лишь 5,15% от общего состава нижней палаты.

Подавляющее большинство тех, кто ежедневно пишет и принимает законы для всей страны, предпочли воспользоваться бюрократическими лазейками и полностью проигнорировать запрос общества на финансовую открытость. Система декларирования была изначально спроектирована так, чтобы позволить народным избранникам легально оставаться в тени, не неся за это никакой политической ответственности.

Причём свою собственную, личную, декларацию рискнул опубликовать лишь один-единственный мажилисмен – представитель партии «Ак Жол» Ерлан Барлыбаев. Его задекларированный доход за 2024 год составил внушительные 528 607 650 тенге. С таким доходом он занял второе место в нашем реестре.

Этот беспрецедентный случай имеет колоссальное значение для понимания всей картины, поскольку он в пух и прах разрушает удобный миф министерства финансов. Ведь чиновники уверяли население, что у госслужащих и депутатов «просто не может быть сторонних заработков, кроме фиксированной зарплаты». Однако полмиллиарда тенге Барлыбаева наглядно доказывают: у народных избранников существуют огромные легальные доходы от дивидендов или управления активами. И если один депутат честно показал такие суммы, возникает пугающий вопрос о том, какие капиталы на самом деле скрываются за пустыми бланками остальных 92 мажилисменов?

Оставшиеся четыре депутата Мажилиса, чьи декларации всё же появились в открытом доступе, предпочли спрятать свои личные доходы за спинами супруг. Так, например, председатель Мажилиса Ерлан Кошанов оставил свою строку пустой, сославшись на автоматическое удержание налогов, но указал, что его супруга Гульжан Абауова заработала за год всего 1 577 425 тенге. В пересчёте на месяцы это около 130 тысяч тенге, что едва превышает уровень минимальной зарплаты… Верить в это или нет – остаётся решать только самим гражданам.

Куда более реалистичную сумму дохода своей второй половины задекларировал член комитета по экономической реформе Анас Баккожаев – 4 319 744 тенге, то есть 360 тысяч тенге в месяц. Другие же мажилисмены представили своих супруг как главных держателей семейных капиталов.

Заместитель председателя Мажилиса Альберт Рау отразил доход своей жены Светланы в размере 10 804 608 тенге, то есть по 900 тысяч в месяц. Секретарь комитета по экологии Бауржан Смагулов и вовсе показал у своей супруги 48 133 600 тенге дохода – по 4 млн в месяц.

В то же время в условиях, когда закон разрешил не публиковать источники этих доходов, общество лишили возможности узнать главное: не выигрывают ли компании этих успешных жен государственные тендеры в тех самых сферах, которые регулируют их влиятельные мужья? Поскольку в декларации указана только одна цифра, без обозначения откуда она взялась, выяснить это никак не удастся.

В Сенате уровень открытости оказался чуть выше, но всё равно катастрофически низок, – декларации предоставили лишь 7 из 49 сенаторов (14,2%). И тут та же самая ситуация: шесть из семи сенаторов (Нурлан Бекенов, Закиржан Кузиев, Жанболат Жоргенбаев, Шакарым Буктугутов, Султан Дюсембинов и Серик Утешов) выставили вперёд исключительно своих жён, чьи доходы у большинства аккуратно уложились в коридор от 10 до 12 миллионов тенге.

Это идеально безопасная пиар-стратегия: такой заработок формирует образ крепкого, ничем не примечательного среднего класса, не вызывающего раздражения у электората. Личные же кошельки самих сенаторов, делегированных в Парламент представлять интересы регионов, оказались наглухо засекречены от граждан.

Единственным в верхней палате, кто опубликовал личный доход, оказался сенатор от Атырауской области Сагындык Лукпанов. Но сумма, которую он согласно декларации заработал за весь 2024 год, вызывает вопросы: она составляет 43 760 тенге. То есть в два раза меньше минимальной месячной заработной платы в стране. Каким образом целый сенатор умудрился прожить двенадцать месяцев на деньги, которых обычному казахстанцу не хватит на три-четыре полноценных похода в продуктовый магазин, остаётся загадкой.

Почему замолчали главные борцы с «иноагентами»

Когда же журналисты начали ловить парламентариев в кулуарах с резонными вопросами о том, почему обещанная прозрачность обернулась пустыми бланками, ответы оказались поразительно однотипными и циничными. Народные избранники начали массово перекладывать ответственность на технические регламенты Министерства финансов, заявляя, что их базовая депутатская зарплата не считается доходом, подлежащим самостоятельному декларированию.

Депутат Никита Шаталов совершенно буднично прокомментировал свои пустые графы, заявив, что отсутствие цифр – это норма для честного служащего.

«Если бы у меня был бизнес, у меня бы то же самое было бы, но этого сейчас нет. Я показываю нули, потому что я живу только на одну зарплату. Вот и всё. Это индивидуальное дело каждого. Самое главное же, понимаете, чтобы эти деньги не были добыты преступным путём», – заявил он журналистам Informburo.

Эту же линию защиты поддержал и депутат Бакытжан Базарбек, который ранее был одним из самых ярых сторонников тотального декларирования и контроля за расходами обычных граждан. Отвечая на неудобные вопросы о собственной нулевой прозрачности, он заверил астанинских корреспондентов, что его кристальная честность не нуждается в документальных подтверждениях.

«Мы ничего не покупали, никакого имущества за 2024-ый нет. Скрывать нечего, я всегда открыто об этом говорю», – сказал Базарбек «Седьмому каналу».

Самую поразительную избирательность принципов в этой ситуации продемонстрировали те депутаты, которые еще недавно требовали внедрения жёсткого контроля над финансами некоммерческих организаций и граждан по принципу закона об «иноагентах».

Представители Народной партии Казахстана Ирина Смирнова и Магеррам Магеррамов чаще всех заявляли с трибун, что страна должна контролировать каждый тиын, поступающий и расходуемый в стране, и обязывать общественные организации публиковать отчеты вплоть до имен и актов выполненных работ. Они называли тотальную прозрачность финансов «актом национальной самообороны».

Однако, когда система предоставила им самим законную возможность обнародовать собственные доходы и показать личный пример, оба главных поборника прозрачности свои декларации так и не вывесили. В итоге борьба за честность в стенах Парламента оказалась игрой в одни ворота: народные избранники готовы с лупой изучать кошельки таксистов и активистов, но категорически отказываются пускать общество в свои собственные.

Предвыборный вердикт: с чем кандидаты пойдут в Курултай

Текущий созыв Парламента сделал всё возможное, чтобы завершить свою работу в режиме максимальной закрытости, оставив общество ни с чем. Ссылки на приказ Антикора №216 и лазейки в Налоговом кодексе позволили 134 депутатам из 146 легально укрыть свои реальные финансовые активы. По принципу «своя рубашка ближе к телу», они предпочли защитить покой своих семей, наглядно продемонстрировав, что равенство перед законом в их понимании – вещь сугубо избирательная.

Однако этот фискальный саботаж происходит в важнейший исторический момент. В очередной раз напомним, что в августе 2026 года Казахстан ждёт радикальная политическая трансформация – выборы в однопалатный Курултай, который окончательно упразднит прежнюю двухпалатную систему. Вопрос финансовой чистоты кандидатов неизбежно станет главным нервом предстоящего голосования. Попытка спрятать доходы под предлогом «технических регламентов» не должна работать в качестве оправдания.

Как уже сообщалось ранее, Exclusive.kz запустил масштабный реестр «Кошельки власти» с интерактивным калькулятором доходов как инструмент прямой гражданской самообороны. Теперь каждый избиратель перед тем, как отдать свой голос за ту или иную партию или конкретного одномандатника, сможет за несколько кликов проверить, показал ли кандидат свои активы или предпочёл остаться «нулем» в государственной системе отчетности.

Если политические партии планируют идти на выборы в Курултай с лозунгами о справедливости, прозрачности и борьбе с коррупцией, им придётся начать с себя и принудительно раскрыть доходы своих кандидатов до каждого тиына. В противном случае – грош цена их предвыборным обещаниям.

Мы призываем наших читателей активно использовать калькулятор доходов, делиться результатами сравнений в социальных сетях и задавать неудобные вопросы тем, кто намерен управлять страной, пытаясь завязать глаза себе и избирателям.

Иллюстрация на обложке сгенерирована с помощью ИИ