Почему 13 тысяч казахов не захотели возвращаться из Ирана на историческую Родину

Когда речь заходит об Иране, мир обычно вспоминает санкции, конфликты и громкие политические заявления. Но за этим информационным шумом остаётся почти неизвестная история тысяч казахов, которые уже несколько поколений живут на берегу Каспия, говорят на родном языке и не теряют связи с землёй предков. Почему, имея возможность вернуться, большинство из них предпочли остаться в Иране? Как живёт страна, которая почти полвека находится под жёстким внешним давлением? И насколько реальный Иран отличается от того образа, который создают новости и стереотипы? Об этом Exclusive.kz поговорил с иранским журналистом Амирхушангом Данаи.

Чужими не стали, своих не забыли

– Недавно вы сняли фильм «Проходя сквозь железное кольцо». О чём он и почему вы решили снять его именно сейчас?

– Работу над этим фильмом я начал три года назад. Для меня тема отношений между Ираном и Казахстаном имеет большое значение. Сегодня в Иране проживает около 15 тысяч казахов, и я посчитал важным рассказать их историю. Кроме того, я сам уже 22 года живу в Казахстане, поэтому эта тема мне особенно близка.

Фильм рассказывает о судьбе казахов, которые покинули Казахстан во время голода 1931–1933 годов. Тогда многие были вынуждены уехать в разные страны, в том числе в Иран. Первые годы жизни там были для них очень тяжёлыми. Многие казахские семьи десятилетиями жили без документов и официального статуса. Люди работали, старались обустроить свою жизнь, но сталкивались с большими трудностями.

В фильме я рассказываю о том, как во время одного из визитов шаха Ирана Мохаммеда Резы Пехлеви в Казахстан состоялась его встреча с Динмухамедом Кунаевым, и он поинтересовался, как живут казахи в Иране.

Вернувшись в Иран, шах распорядился собрать полную информацию о проживавших в стране казахах и обеспечить их всеми необходимыми документами, а также официальным правовым статусом. Получив документы, люди смогли полноценно работать, получать образование и постепенно наладить свою жизнь. Когда они приехали в Иран, многие не знали языка, но со временем сумели адаптироваться. Сегодня среди иранских казахов есть успешные предприниматели и представители разных профессий.

Позже, когда Казахстан приобрёл независимость, первый президент страны призвал этнических казахов возвращаться на историческую Родину. В результате около двух тысяч казахов из Ирана переехали в Казахстан, в основном в Актау, а некоторые обосновались в Алматы. Сейчас в этих регионах проживает примерно 2,5 тыс. выходцев из иранской казахской общины.

Во время съёмок фильма я посетил несколько городов Ирана, где живут казахи. В интервью многие герои говорили о своей любви к Ирану, где прошла их жизнь, но при этом подчёркивали, что Казахстан остаётся для них исторической Родиной. Многие признавались, что готовы переехать в Казахстан, потому что хотят жить на земле своих предков.

В этом фильме казахские писатели, исследователи и преподаватели иранистики, являющиеся экспертами в истории и литературе Ирана и Казахстана, авторы книг и исследований по этой теме рассматривают это историческое событие. С тех пор прошло 95 лет, и сейчас третье поколение казахов живёт в Иране.

– То есть большинство представителей казахской диаспоры – 13 тысяч – всё-таки решили остаться в Иране? И как они живут сегодня?

– Живут хорошо. Они проживают на севере Ирана, в многонациональной провинции Голестан, в трёх городах: Горгане, Бандар-Туркмане и Гонбад-Кавусе, расположенных на берегу Каспийского моря. В этих трёх городах, которые входят в число красивых и популярных туристических мест Ирана, у казахов есть свой район, называемый казахским кварталом. Многие занимаются бизнесом, работают, имеют свои магазины. Во время съёмок фильма люди говорили мне, что чувствуют себя там комфортно и довольны своей жизнью.

– Сохранили ли они свою национальную идентичность – свой язык, традиции и обычаи или уже ассимилировали и больше похожи на иранцев?

– Иранские казахи хорошо соблюдают свои обычаи, традиции и язык. В Иране официальный язык – персидский. На нём ведётся обучение в школах и университетах, поэтому дети учатся на персидском языке. Но дома казахские семьи говорят по-казахски.

У иранских казахов сохранилась традиция вступать в брак только с лицами своей национальности, хотя местное законодательство не запрещает жениться и выходить замуж за людей других национальностей.

Они довольны жизнью в Иране и не считают себя чужаками или иммигрантами. Среди них есть и такие, кто, переехав в Казахстан, опять вернулся в Иран. Таких около 500 человек. Они объясняют это тем, что привыкли жить в Иране: здесь у них дом, работа, бизнес, налаженный быт, дети ходят в школу.

Раньше Казахстан оказывал кандасам хорошую поддержку, предоставлял жильё, помогал с трудоустройством и оформлением документов. Сейчас, насколько я слышал, такой поддержки стало меньше, поэтому некоторые предпочитают оставаться там, где уже обустроили свою жизнь.

Но казахи, проживающие в Иране, часто ездят на запад Казахстана навестить родственников. Из Горгана в Актау есть еженедельный прямой рейс. Время в пути занимает всего 1,5 часа.

«Я не видел ни одного казаха, забывшего своё прошлое»

– У кого из иранских казахов сейчас больше связи с исторической родиной – у молодого поколения или у старшего?

– Больше у молодых людей, хотя историей своего народа, своей земли интересуются все. Я не видел ни одного казаха, забывшего своё прошлое, свою историю. Вот вы спрашивали, насколько в современном Иране знают историю казахов. И хотя это немного разные вопросы – отвечу.

В Иране уделяют большое внимание Казахстану, и особенно это стало заметно в последние годы. У Ирана и Казахстана много культурных и исторических сходств. В персидском и казахском языках три тысячи общих слов. Многие имена казахов происходят из персидского языка.

Помимо соседства по Каспийскому морю и множества исторических и культурных сходств, Иран и Казахстан имеют немало чемпионов по борьбе, тяжёлой атлетике и тхэквондо и часто встречаются друг с другом на международных соревнованиях. Борьба является национальным видом спорта Ирана, и Иран неоднократно становился чемпионом мира и Азии.

В Казахстане также сохранилось множество рукописных книг на персидском языке, представляющих интерес для историков. Экспорт и импорт товаров между двумя странами привели к развитию торговли. На сегодняшний день товарооборот между нашими странами составляет миллиарды долларов, развивается туризм и деловое сотрудничество, появилась безвизовая система, и нам стало проще ездить друг к другу.

То есть казахи адаптировались к иранской культурной среде и в то же время не забывают свои обычаи, традиции, не порывают связи со своей исторической родиной, а, наоборот, укрепляют.

– Можно ли назвать Иран частью тюркского мира? Вообще, каковы исторические связи между Ираном и Центральной Азией?

– Исторические связи между Ираном и Центральной Азией очень глубокие. В период, известный как Иранская империя, её территория и размеры входили в состав Центральной Азии.

Иран на протяжении многих лет был местом миграции и расселения различных национальностей и рас: азербайджанцы, армяне, арабы, курды, туркмены, поляки, русские жили и продолжают жить в Иране. Поэтому между Ираном и странами Центральной Азии сохранилось много общего в культуре, истории и традициях. Наши народы на протяжении веков взаимодействовали друг с другом, и эти связи ощущаются до сих пор.

Также в Иране есть две крупные провинции, жители которых имеют турецкое происхождение и говорят на турецком языке. Многие писатели, художники и спортсмены родом из этой провинции.

– Можно ли считать Каспий не границей, а пространством культурного обмена?

– Во время Советского Союза Каспийское море было разделено между Ираном и СССР. После распада Союза было разделено между пятью республиками. Пять республик, каждая со своей историей и культурой. Тем не менее история и культура Ирана оказали огромное влияние на эти страны.

– События на Ближнем Востоке способствуют тому, что сегодня Иран – одна из самых обсуждаемых тем в мировом и казахстанском информационном пространстве. Но проблема в том, что зачастую сложно понять, где правда, а где ложь. Какие мифы об Иране вы встречаете чаще всего?

– После Исламской революции 1979 года жизнь в Иране сильно изменилась. До революции страна развивалась по более светскому пути, но потом стала исламской республикой. По моему мнению, когда политика и религия оказываются тесно связаны, это неизбежно накладывает ограничения на общественную жизнь и свободы людей. Поэтому после революции многие сферы жизни в Иране стали более консервативными.

Но в последние годы ситуация постепенно меняется в лучшую сторону. Многие правила уже не соблюдаются так строго, как раньше. Например, требования, связанные с хиджабом, сегодня воспринимаются обществом иначе, чем раньше. Люди стали чувствовать себя свободнее, а сама страна постепенно меняется.

К сожалению, сегодня мы живём в эпоху, когда, несмотря на современные технологии, люди, не задумываясь и не анализируя, принимают и верят различной негативной рекламе и фейкам.

В Казахстане мне иногда задают элементарные и порой наивные вопросы об Иране. Например, есть ли в Иране университет? Есть ли в Иране ложки? Есть ли в Иране светофоры? И я говорю этим людям, что им следует поехать в Иран и всё посмотреть своими глазами. Как гласит персидская пословица, «Видеть никогда не заменит слышать». Чтобы почувствовать Иран, нужно увидеть его вблизи, пожить там.

Нехватка знаний об Иране и негативная пропаганда западных стран, к сожалению, представляют Иран как чудовищную и пугающую страну для людей во всём мире. Но те, кто побывал в Иране, увидели, что всё это – лишь шумиха в СМИ и вся негативная пропаганда не соответствует действительности.

От Актау до Тегерана

– Иран десятилетиями живёт под санкциями. Что Запад так и не понял об устойчивости иранской системы?

– Иранское правительство, основанное на интеграции политики и религии, правит страной уже 47 лет, имеет противников как в Иране, так и во всём мире и находится в конфликте с Соединёнными Штатами Америки с 1979 года. США ввели санкции против многих иранских компаний и частных лиц, что нанесло огромный ущерб иранской экономике: высокие цены, обнищание населения, девальвация национальной валюты, инфляция, безработица, банкротства и запрет международной торговли – вот некоторые из последствий санкций, которые приходится нести только народу, потому что исламское правительство Ирана рассматривает борьбу с Америкой и Западом как свою политику, и нам остаётся только ждать и смотреть, кто победит.

– Знаете, что меня восхищает в истории Ирана? Сейчас мы не говорим о том, хорошо это или плохо и почему так произошло. Но против Ирана десятилетиями действовали одни из самых жёстких экономических санкций в мире. Тем не менее страна сумела выстроить собственную экономику, и сегодня там производят очень многое – от товаров повседневного спроса до техники и авто. Как страна смогла создать такую систему в условиях многолетних санкций?

– Руководство Ирана всегда подчёркивало курс на самостоятельность и независимость, в том числе в противостоянии с США и Израилем. Эта позиция во многом определяет политику страны.

Однако санкции серьёзно сказались на экономике. Многие люди в Иране сегодня живут непросто: национальная валюта обесценилась, цены выросли, сохраняется высокий уровень безработицы. Эксперты и специалисты критикуют нынешнюю экономическую политику, но власти не всегда готовы прислушиваться к альтернативной точке зрения.

Я бы не сказал, что экономика Ирана сегодня сильна. Наоборот, сейчас она находится в непростом положении. Главный экспортный товар Ирана – нефть. Основным покупателем иранской нефти сегодня остаётся Китай. Многие страны опасаются сотрудничать с Ираном из-за американских санкций, поэтому Китай остаётся одним из немногих крупных партнёров Ирана и покупает его нефть.

– Но тем не менее из 15 тысяч казахов около 13 тысяч предпочли остаться в Иране. Как вы думаете, почему? Если всё так сложно – инфляция, экономические проблемы, санкции… Это экономические причины или люди просто привыкли к своей жизни и считают Иран своей второй родиной?

– Я разговаривал с казахами, которые сначала переехали из Ирана в Казахстан, а потом вернулись обратно. Таких было около 500 человек. Я спрашивал их: «Почему вы решили уехать и почему потом вернулись?» Они отвечали так: «В Иране у нас был дом, была работа, дети ходили в школу. Когда мы приехали в Казахстан, пришлось начинать всё с нуля, а в нашем возрасте это очень сложно: нужно заново строить жизнь, искать работу, обустраиваться». Поэтому, говорили они, им оказалось проще вернуться в Иран, где у них была налаженная жизнь.

– В Актау очень много иранских продуктов, фруктов и овощей. Как они туда попадают? Это иранские казахи помогают налаживать такие поставки?

– Да, там есть рынок, где работают казахи, переехавшие из Ирана. Они занимаются торговлей и продают товары, которые привозят оттуда. Во-вторых, Актау находится гораздо ближе к Ирану, чем Алматы. Между странами существуют транспортные маршруты через Каспийское море и железнодорожное сообщение через Туркменистан, поэтому товары из Ирана достаточно активно поступают в западные регионы Казахстана.

– Может быть, есть ещё какие-то способы укрепить связи между Казахстаном и казахами, живущими в Иране? Возможно, нужны какие-то новые проекты или инициативы. Что, на ваш взгляд, ещё можно сделать, чтобы это сотрудничество было более эффективным и востребованным?

– Такие, как вы говорите, способы уже существуют. В Иране создано объединение казахов, среди которых много предпринимателей. Они занимаются бизнесом между Ираном и Казахстаном, работают в сфере торговли и туризма, активно участвуют в развитии экономических связей между двумя странами, помогают налаживать поставки товаров из Ирана в Казахстан и считают это направление очень перспективным.

Иллюстрация на обложке сгенерирована с помощью ИИ