Почему в СССР сажали за однополую любовь?

В СССР однополые отношения скрывали под страхом уголовного преследования, а сегодня в Казахстане борьбу с «пропагандой ЛГБТ» объясняют защитой семьи и традиционных ценностей. Но можно ли запретами изменить сексуальную ориентацию человека и почему представители ЛГБТ становятся удобной мишенью для политиков? О том, как общество создает внутренних врагов и к чему это приводит, рассказал в интервью Exclusive.kz российский психиатр Виктор Лебедев.

– В любом обществе есть определенный процент людей (примерно 2–4%), которые испытывают влечение не к противоположному, а к своему полу, если речь идет исключительно о гомосексуальности. Есть также бисексуальные люди, которые могут испытывать сексуальное влечение к представителям обоих полов, асексуалы, не испытывающие сексуального влечения, а также гендерфлюидные люди, чья гендерная идентичность может меняться со временем.

В целом то, о чем мы говорим, скорее, биологически детерминированная вещь. Это примерно, как цвет глаз, который, как бы вы этого ни хотели, изменить не сможете. Разве что временно надеть линзы.

В некоторых странах до сих пор существует так называемая конверсионная терапия – варварский метод превращения гомосексуальных людей в гетеросексуальных. Это как раз попытка заставить людей стыдиться, бояться, но перестать чувствовать то, что они чувствуют, не получится.

Одним из аргументов против того, что гомосексуальность имеет врожденную природу, служит утверждение: «В СССР мы таких не видели». Но ведь и людей с гепатитом С или ВИЧ окружающие тоже не замечали, хотя они были. Поэтому, скорее, надо ставить вопрос о том, как гомосексуальные люди адаптировались или, грубо говоря, надевали те самые «линзы».

В стране, которой уже нет, гомосексуальные отношения между мужчинами (мужеложство) приравнивались к преступлению и преследовались по Уголовному кодексу. Это была очень странная парадигма – отправляя человека за решетку, одновременно считали, что у него есть психические отклонения.

Поэтому эти люди, надевая «линзы», либо всю жизнь оставались одинокими, либо вступали в брак с представителями противоположного пола, чтобы скрыть свою ориентацию.

Впрочем, это не что-то исключительное, присущее только СССР. В Америке XX века также описаны случаи, когда гомосексуальные мужчины вступали в брак с женщинами и заводили детей.

Можно спорить, исключительно ли с гомосексуальностью это было связано, но суть в том, что в Уголовных кодексах РСФСР 1922 и 1926 годов наказание за добровольные однополые отношения между взрослыми отсутствовало. Почему вдруг в 1934 году их поставили вне закона – вопрос, вызывающий недоумение.

Понятно, что гомосексуальность никуда не делась, поскольку биологические особенности не зависят от традиций. Да, люди с нетрадиционной ориентацией встречаются реже, но в человеческой популяции они существовали всегда. То есть это не один или два человека на миллиард, а четыре-пять из ста.

– Сейчас многие знаменитости открыто заявляют о своей нетрадиционной ориентации. Не является ли это пропагандой, в результате которой люди искусственно меняют свою ориентацию?

– Это сложно сделать. Сексуальное влечение и сексуальное поведение – разные вещи. Когда в медицине пытаются описать широкую группу людей, занимающихся однополым сексом, используют термин «мужчины, практикующие секс с мужчинами», но при этом ничего не говорится об их ориентации. Опять же, сексуальные контакты между мужчинами – довольно распространенное явление в закрытых мужских коллективах, например, в тюрьмах или армии.

Когда кто-то из публичных людей по тем или иным причинам заявляет о своей гомосексуальности, это, строго говоря, скорее исключение из правил, потому что большинство людей все-таки не рассказывают столь широко о своей частной жизни.

Если мы говорим о том, что это может как-то повлиять на неокрепшие умы подростков, то надо помнить, что для них период экспериментов в сексуальной жизни, когда они ищут себя, – норма. До определенного возраста мы, психиатры, вообще можем не придавать этому определяющего значения. Устойчивый репертуар сексуального поведения формируется ближе к 20 годам. Человек может попробовать разные практики, но при этом не обязательно включит что-то из опробованного в свое постоянное поведение.

Мы же не беспокоимся о том, что дети, насмотревшись комиксов про Человека-паука, тоже станут супергероями. Принципиальной разницы здесь нет, потому что и то, и другое основывается на внутреннем самоощущении и более тонких вещах, связанных не только с сексом, но и с романтическим влечением.

Представление о том, что нетрадиционная ориентация якобы больше присуща артистической среде, тоже стереотип. Публичных людей вы видите потому, что у них есть доступ к медийным ресурсам, а их личная жизнь вызывает у публики повышенный интерес. Но в целом профессия не влияет на сексуальную ориентацию, поскольку она, как я уже сказал, имеет биологическую основу.

Не удивлюсь, если и на каком-нибудь предприятии, связанном с тяжелым физическим трудом, есть люди с гомосексуальной и бисексуальной ориентацией. Но они не знают, с кем, как и зачем об этом говорить, поскольку не уверены, что после этого к ним будут относиться терпимо.

Инструмент управления людьми

– Мы знаем, что наркоманами нередко становятся от материальной пресыщенности. Влияет ли она на расширение границ сексуального поведения?

– Опять же, люди могут разово что-то попробовать в качестве эксперимента, но, чтобы это приобрело характер устойчивого сексуального поведения, нужно, чтобы человеку это нравилось или он получал какой-то существенный бонус. Мы же допускаем, что мужчины могут заниматься проституцией, оказывая сексуальные услуги другим мужчинам, но это вопрос поведения, а не влечения.

Что касается пресыщенности, существует представление, будто гетеросексуальность – базовая настройка человека, а когда привычный опыт уже исчерпан и все испробовано, люди переходят к чему-то дополнительному. Это ошибочное мнение, потому что с точки зрения современной науки гомо– и бисексуальность также могут быть естественными вариантами сексуальной ориентации человека. Любой тип сексуальной ориентации – гомосексуальность, бисексуальность или гетеросексуальность – является нормой.

Понятно, что в нас все еще сильны стереотипы, сформировавшиеся в прошлом. И пришли они, если честно, скорее из США, чем из СССР. Из-за того, что гомосексуальные люди были маргинализированной, то есть ущемленной в правах, группой, они оказывались более уязвимыми перед вовлечением в незаконную деятельность – торговлю и распространение наркотиков, проституцию и так далее.

Но сейчас взгляды меняются. Если говорить о стереотипах, то еще относительно недавно считалось, что ВИЧ – болезнь гомосексуалов. Однако это заболевание давно вышло за пределы гомосексуальной популяции. Оно представляет опасность для всех, кто практикует незащищенный секс. В России, например, основная группа людей, заражающихся ВИЧ, – гетеросексуальные люди.

– Что делать людям, которые временами, но не всегда, ощущают себя представителями другого пола?

– Сложный вопрос. Человеку тяжело скрываться и жить двойной жизнью. Часто людям не хватает смелости или, может быть, гибкости мышления, чтобы признать это в себе. Они впадают в депрессию, начинают злоупотреблять алкоголем, а иногда даже кончают жизнь самоубийством. А что еще остается делать человеку, если он хочет переодеваться в женскую одежду, но понимает, что окружающие его не примут, и чувствует себя изгоем?

Главный совет, который я могу дать, – искать возможности оставаться самим собой. Понятно, что это будет вызывать сопротивление окружающих, но другого пути к самореализации нет.

– Запад принял сексуальные меньшинства. Сможем ли и мы когда-нибудь стать более толерантными к тем, кто отличается от большинства?

– Там тоже есть нюансы. Где-то церкви разрешают венчаться однополым парам, а где-то – нет. Понятно, что гомосексуальных людей уже не пытаются лечить электротоком, например. Однако это не гарантирует, что, открыто демонстрируя свои отношения, однополые пары встретят всеобщее одобрение.

Но если говорить в целом о нормализации отношения к ним, то такие пары воспринимаются спокойно. В повседневной жизни их появление не должно вызывать насмешек или заставлять прохожих оборачиваться. На примере Финляндии, где я сейчас живу, могу сказать, что ни разу не замечал, чтобы кто-то на государственном уровне утверждал, будто люди определенной сексуальной ориентации плохие. Скорее, подобное можно услышать в адрес представителей конкретной национальности.

Но и в западных странах есть люди, негативно настроенные по отношению к ЛГБТ. Они считают, что все это сообщество надо выжечь каленым железом. Однако таких людей меньшинство.

– В Казахстане без малого год назад вступил в силу закон против пропаганды ЛГБТ. В России подобный закон появился еще раньше. Чем, на ваш взгляд, руководствуются его разработчики?

– Это не столько медицинский, сколько политический вопрос, который выходит за пределы моей компетенции. Хотя, с другой стороны, механизм вполне понятен: геи – довольно удобная мишень для нападок и создания напряженности, позволяющей лучше управлять людьми. Ведь гораздо проще найти какого-нибудь врага и направить все силы против него, чем сосредоточиться на чем-то созидательном.

А то, что преподносится под лозунгами «защиты семьи» и традиционных ценностей, всегда положительно воспринимается определенной частью электората – людьми консервативных взглядов, преимущественно старшего возраста.

Но проблема в том, что здесь происходит размен интересов одних граждан на права других. Государство тем самым как бы раскалывает страну изнутри, утверждая, что у нас есть внутренний враг – «мерзкие геи», которые уводят мужчин из семьи. На мой взгляд, происходит именно это, потому что я уже видел подобное в стране, где жил раньше, – в России.

Иллюстрация на обложке сгенерирована с помощью ИИ