Женщины могут изменить будущее агробизнеса Африки
Представьте женщину, которая работает в аграрном секторе Африки. Какой образ приходит вам на ум? Возможно, это молодая женщина с привязанным за спиной младенцем: она обрабатывает землю под палящим солнцем, ей трудно найти недорогие удобрения и выручить приличную цену за свой урожай. А может быть, это успешная предпринимательница, которая построила динамичный пищевой бизнес с сотнями работников и вносит большой вклад в местную экономику.
Конечно, обе женщины реальны, как и множество вариаций в спектре между ними. Но факт в том, что гораздо больше женщин могли бы руководить фермерскими предприятиями, ускоряя рост экономики, если бы барьеры, стоящие у них на пути, устранялись более систематическим образом. Согласно прогнозам, к 2030 году размеры продовольственного и аграрного рынка Африки достигнут примерно $1 трлн, поэтому страны, желающие извлечь из этого максимальную пользу, не могут позволить себе игнорировать экономический потенциал женщин.
В странах Африки южнее Сахары более 75% трудящихся женщин заняты в агропродовольственном секторе, но примерно две трети всей их трудовой деятельности происходит за пределами ферм – переработка, сбор, хранение, неформальная торговля. Хотя именно в этих звеньях цепочки создаётся добавленная стоимость, женщины, выполняющие эти функции, часто находятся в ловушке нестабильного, низкооплачиваемого, неформального труда.
На другом конце спектра – растущая группа динамичных предпринимательниц продовольственного сектора Африки, или «агропредпринимательниц». Недавно я повстречала таких женщин-лидеров бизнеса на Форуме по продовольственным системам Африки в Руанде, где отмечался достигнутый ими успех.

Например, в Нигерии Ифеома Мэри Оконкво стала одной из основательниц предприятия по переработке маниока. Оно работает на солнечной энергии и ежедневно перерабатывает 15 тонн сырья в безглютеновую муку, крахмал, обогащённые продукты питания, корм для животных, причём как для внутреннего рынка, так и на экспорт. За десять лет её компания выросла так, что теперь в ней сотни сотрудников. Она закупает маниоку на сумму более $4,45 млн у собственной сети, включающей 2000 фермеров (в основном женщин), одновременно помогая им получить доступ к удобрениям, аграрным консультациям, рынкам сбыта.
История Оконкво показывает, что происходит, когда правительства и финансовые доноры предпринимают целенаправленные усилия, чтобы поддержать предприятия, возглавляемые женщинами. Среди прочего она смогла получить доступ к финансированию на благоприятных условиях благодаря программам кредитования, ориентированным на женщин.
Впрочем, нужно делать гораздо больше. Новый доклад Всемирного банка «Женщины, бизнес и право, 2026» показывает, что правовое равенство на бумаге не приводит автоматически к появлению новых экономических возможностей. У женщин может быть право регистрировать бизнес или получать доступ к кредитным линиям, но их возможности совершать официальные операции, инвестировать и расширять бизнес до сих пор ограничиваются слабостью правоприменения, неразвитостью финансовой инфраструктурой, запретительными социальными нормами, неоплачиваемой работой по домашнему уходу.
Хорошим началом стало бы обновление устаревших законов о праве собственности на землю, поскольку на практике обычаи наследования и социальные нормы часто лишают женщин законных прав на землю. Впрочем, утверждение норм закона – это совсем не то же самое, что их исполнение. И эта оговорка применима и к законам о гендерном равенстве в бизнесе. В каждом случае реализация правовых изменений оказывается не менее важна, чем их одобрение.
К счастью, когда речь заходит о способах расширения возможностей женщин на селе с тем, чтобы они смогли перейти от фермерства ради выживания к жизнеспособному малому бизнесу, есть растущее количество данных о том, что именно работает. Например, в Эфиопии в сельском хозяйстве занято около 80% рабочей силы страны, но фермы под руководством женщин производили как минимум на треть меньше продукции с гектара, чем фермы мужчин. Это гендерное неравенство обходилась стране более чем в $1 млрд в год. И поэтому министерство сельского хозяйства при поддержке Фонда Гейтса создало партнёрство с международной НКО CARE для реализации программы, которые устраняет посредников и напрямую связывает группы женщин-производителей с рынком, а также проводит обучение климатически сознательным видам фермерства и питания.
За последнее десятилетие эта модель «Аграрных бизнес-школ» (FFBS) распространилась во многих странах Африки и приносит хорошие результаты. Например, в Бурунди женщинам удалось существенно повысить урожайность. Объединяя сбережения, обмениваясь рыночной информацией и предоставляя друг другу займы, женщины сумели диверсифицировать свои мелкие фермы, сформировать кредитную историю, обрести уверенность в себе.
Другой пример – Индия. Местная организация PANI, основанная на ценностях Ганди, распространяет среди женщин знания о климатически сознательном фермерстве и рыночном доступе, охватывая десятки тысяч домохозяйств с помощью специально обученных локальных консультантов.
В основе этих и других программ – акцент на обучении и повышении квалификации женщин, а также на преодолении глубоко укоренившихся гендерных норм, которые ограничивают их возможности. В эфиопском проекте мужчин привлекали к участию в общественных дискуссиях, в которых оспаривались нормы, согласно которым фермы – это мужское дело, а женщинам надо заниматься домашними делами. Женщины-участницы проекта отмечали повышение уверенности в себе и расширение прав в принятии решений; при этом женщины и мужчины заявили, что их партнёрские отношения в результате стали крепче.
Благотворительность может сыграть важную роль, помогая масштабировать проверенные подходы; поддерживая разработку инноваций с учётом нужд женщин (от климатически устойчивых культур и скота до цифровых инструментов на базе искусственного интеллекта); увязывая международное финансирование с чёткими целями в области гендерного равенства.
Один из перспективных примеров – модель климатического финансирования, реализуемая под руководством Международного фонда аграрного развития (IFAD). В ней финансирование привязано к измеряемому приросту экономических возможностей женщин, что делает гендерное равенство частью инвестпроекта, а не побочной целью. На базе этой модели уже направлены $118,5 млн инвестиций в несколько стран, помогая женщинам на селе закреплять контроль над землёй и производительными активами, укреплять источники существования, повышать устойчивость к изменению климата.
Последнее особенно важно, поскольку сегодня достоверно известно, что изменение климата сильнее всего бьёт по женщинам-фермерам, усугубляя давнее неравенство. Исследования в странах с низкими и средними доходами показали, что повышение средней температуры на 1°C приводит к снижению доходов домохозяйств во главе с женщинами на 34% сильнее, чем в домохозяйствах мужчин.
Учитывая усиливающийся эффект изменения климата, правительства, партнёры по развитию и благотворительные организации должны активней создавать условия, чтобы женщины на селе могли адаптироваться, повышать устойчивость, процветать. Пример таких женщин, как Оконкво, показывает, что это возможно. Они уже поддерживают продовольственные системы, но, если позиционировать их для лидерства, это приведёт к структурным изменениям, необходимым нашему обществу.
Copyright: Project Syndicate, 2026. www.project-syndicate.org
Иллюстрация на обложке сгенерирована с помощью ИИ



Все комментарии проходят предварительную модерацию редакцией и появляются не сразу.