Новая реальность на Ближнем Востоке

В последние недели внимание всего мира сосредоточено на том, как закончится война с Ираном, смогут ли США и Исламская Республика достичь соглашения о прекращении огня и как отреагирует Израиль. Не менее актуальны и экономические последствия: когда стабилизируются цены на нефть и газ, смогут ли экономические проекты Саудовской Аравии вернуться в нормальное русло и когда правительства и инвесторы по всему региону смогут вернуться к обычному ведению дел.

В начале войны была надежда, что она закончится быстро и станет лишь кратковременным перерывом в экономическом и геополитическом подъеме стран Персидского залива. Этот момент уже прошел, поскольку хрупкое перемирие сменилось новыми ударами со стороны США, Ирана и Израиля. Но даже если война скоро закончится, геополитическая неопределенность будет продолжать давить на Персидский залив и весь регион в течение многих лет.

Несмотря на недавнюю эскалацию, наиболее вероятным исходом остается неудовлетворительное перемирие, которое положит конец текущему этапу войны, не решая при этом лежащих в ее основе проблем. В рамках такого соглашения США и Иран отменят свои блокады в обмен на официальное прекращение военных действий и обязательство продолжить переговоры по ядерной программе в будущем.

Было выдвинуто множество предложений по решению ядерной проблемы, большинство из которых сосредоточено на запасах высокообогащенного урана Ирана. Однако позиции сторон по-прежнему далеки друг от друга, поскольку обе хотят заключить соглашение, которое они смогут представить как победу. Иран стремится избежать серьезных уступок по ядерной программе в первоначальном соглашении, одновременно обеспечив снятие санкций или другие экономические выгоды. Президент США Дональд Трамп, напротив, хочет сначала получить уступки по ядерной программе, а значительное облегчение экономического давления – только в рамках окончательного соглашения. Неудача на любом из этих фронтов подвергнет его критике за то, что его сделка слабее, чем предложения Ирана до войны и Совместный всеобъемлющий план действий 2015 года, от которого он отказался во время своего первого срока.

Однако переговоры о заключении долгосрочного ядерного соглашения, вероятно, потребуют месяцев технической и дипломатической работы с участием экспертов и политиков со всего региона и за его пределами. Поскольку Трамп уже охарактеризовал текущие переговоры как«очень скучные», сомнительно, что у него хватит терпения для длительного дипломатического процесса.

В то же время Трамп неоднократно давал понять, что не хочет возобновлять войну. Катар, Саудовская Аравия и Объединенные Арабские Эмираты, похоже, убедили его в том, что очередной раунд боевых действий будет слишком дорогостоящим, учитывая готовность иранского режима без ограничений наносить ответные удары в случае угрозы своему существованию. Если Иран нацелится, например, на энергосистему ОАЭ или систему водоснабжения Бахрейна, последствия будут катастрофическими.

Кроме того, практически нет доказательств того, что дополнительные военные действия помогут достижению целей США. США не могут бомбардировками заставить Иран передать запасы высокообогащенного урана на хранение доверенной третьей стороне. А без крупной наземной операции вдоль побережья Ирана вряд ли удастся сломить контроль Ирана над Ормузским проливом.

Поскольку ни решительная военная победа, ни всеобъемлющее дипломатическое урегулирование недостижимы, Персидский залив, вероятно, вступает в длительный период неопределенности. При таком сценарии США и Иран достигнут промежуточного соглашения, по сути представляющего собой продленное перемирие, направленное на восстановление торгового движения через Ормузский пролив. У двух стран будет 60 дней на обсуждение иранской ядерной программы, но за это время им не удастся достичь всеобъемлющего соглашения. Срок будет продлеваться снова и снова, поскольку переговоры будут затягиваться без какого-либо решения.

Со временем мир примет это как новый статус-кво. Грузоотправители и страховщики будут по-прежнему опасаться возобновления конфликта, что не позволит полностью восстановить движение через Ормузский пролив в течение месяцев, если не лет.

Пока конфликт не будет разрешен, страны Персидского залива будут вынуждены принимать решения в области экономики и внешней политики в условиях постоянной неопределенности. Хотя явная победа США могла бы побудить их углубить связи с Америкой, теперь им придется выбирать свой собственный стратегический курс. Некоторые из них могут даже попытаться найти общий язык с Ираном, особенно если придут к выводу, что позиция США на переговорах не учитывает их интересы в достаточной мере.

Чем дольше будет сохраняться эта неопределенность, тем выше вероятность того, что страны Персидского залива будут преследовать независимые цели. ОАЭ уже вышли из общего ряда в вопросах Судана и Йемена, а совсем недавно вышли из ОПЕК. Без надежных американских гарантий безопасности или реальной перспективы умиротворения Ирана каждому правительству стран Персидского залива придется самостоятельно решать, как сбалансировать отношения с США, Ираном, Европейским союзом, Китаем и Россией. По мере расхождения их внешней политики разногласия по региональным и глобальным вопросам будут становиться все более заметными, а стимулы к сотрудничеству – ослабевать.

И Израиль, и Иран будут стремиться использовать эти разногласия в своих интересах. Между тем влияние США в регионе будет ослабевать – либо потому, что они утратили доверие со стороны своих союзников в Персидском заливе, либо потому, что внутреннеполитическая реакция на войну Трампа с Ираном возродит попытки переориентировать американскую внешнюю политику в сторону от Ближнего Востока.

Пыль еще далеко не улеглась, как в буквальном, так и в переносном смысле. Относительные победители и проигравшие, форма новых альянсов и соперничества, а также судьба основных экономических повестки дня остаются неопределенными. Вместо того чтобы готовиться к тому, что будет после, правительства стран Персидского залива и их глобальные партнеры должны готовиться к длительному периоду нестабильности и стратегической неопределенности.

Для США задача выходит далеко за рамки прекращения войны. В конечном счете на карту поставлены будущий региональный порядок и роль Америки в нем. Сосредоточившись исключительно на ограничении политического ущерба для Трампа и Республиканской партии и не сумев сформулировать более широкую послевоенную концепцию, администрация рискует оставить Ближний Восток в стратегическом подвешенном состоянии. Пытаясь – и не сумев – сдержать одного дестабилизирующего игрока, США, возможно, дестабилизировали весь регион и поставили даже своих самых стабильных союзников на опасный путь.

Авторские права: Project Syndicate, 2026. www.project-syndicate.org

Иллюстрация на обложке сгенерирована с помощью ИИ